Легенда о лиловом драконе

Первое время Беанна, конечно, возвращалась домой в слезах, и Ариане стоило немалого труда убедить ее, что скоро будет проще. А потом кто-то пустил по Армелону слух, что Беанна стала невинной жертвой разбойников, когда собирала хворост в лесу, и презрение сменилось жалостью.

После этого торговля у нее и вовсе заспорилась.

– Если бы Тила вовремя женился, ничего подобного не случилось бы, – судачили кумушки, едва завидев рыжеволосую Беанну. – Разве ж это дело для молодой девушки – в лес за дровами ходить? Будь жив Хедин, он бы о дочерях позаботился.

Ариана занималась домашним хозяйством. Отмывала дом после зимы, латала поизносившуюся одежду, готовила еду. Последнее ей особо удавалось. Лил понятия не имел, что из обычных продуктов можно сотворить такие нежные, сочные и вкусные блюда. Даже Беанна после ужинов веселела и переставала его задирать, а уж про самого Лила и говорить было нечего. Он совершенно искренне восхищался каждым поданным Арианой яством и в конце концов заслужил краску смущения, появившуюся на ее щеках, и ответный комплимент:

– Ничего этого не было бы, если бы не ты…

И даже Беанна не могла не согласиться с сестрой.

Лил не оставлял себе ни одной свободной минуты. Если он не пропадал на охоте, значит, обустраивал жилище. Он не чурался никакой работы и умел, казалось, все на свете. Выровнял и смазал двери и ставни, заменил прогнившие половицы, отремонтировал дышавшие на ладан кровати. Помог расчистить заросший огород и вскопать еще мерзлую землю.

Ариана однажды попыталась его угомонить, пошутив, что такими темпами он отработает все четыреста рольдингов за один месяц, но Лил так взглянул на нее, что Ариана снова зарделась и никогда больше не возвращалась к этой теме.

Периодически к ним заглядывал Тила. Сначала с проверками поведения выкупленного дракона, потом с предложениями помочь сестрам в их нелегкой жизни. Лил ненавидел эти посещения лютой ненавистью.

После них Ариана становилась не похожа сама на себя, запираясь в раковине, и все успехи Лила по возвращению ее в нормальное состояние пропадали даром. Приходилось начинать сначала, и порой ему казалось, что он поставил перед собой непосильную задачу. Особенно когда однажды Ариана, совершенно ушедшая в свой мир, обратилась к нему с жуткой просьбой:

– Лил, пожалуйста, называй меня Рианой, – сдержанно и безучастно проговорила она.