В тени кукловода

— Ни в коем разе! Клянусь, что по моей вине с ее прелестной головки и волоска не упадет.

Я с трудом перевела дыхание, осознав, что некоторое время не дышала вовсе. Атмосфера в гостиной, буквально только что готовая взорваться свистом смертельных заклинаний, слегка разрядилась.

— Тогда как интерпретировать ваши слова? — спросил Луциус вроде как спокойно, но я видела, как на его виске отчаянно быстро запульсировала при этом тоненькая синяя жилка.

Дариэль поднял с пола бокал. Взболтал его содержимое — и опять поставил на прежнее место, так и не прикоснувшись.

— Видите ли, господин Киас, благодаря моему дару у меня есть постоянная мысленная связь с Вашарием, — проговорил он. — Если что-то пойдет не так, и он сообщит мне об этом — то я немедленно активирую амулет, который передаст сигнал тревоги и данные о моем месторасположении.

— Амулет? — с сарказмом переспросил Луциус.

— Да.

Дариэль, чуть помедлив, вытащил из-за ворота рубашки кожаный шнурок, на котором висел небольшой камушек. На первый взгляд — обычная галька.

Я прищурилась, пытаясь на расстоянии просканировать амулет. И с приглушенным восклицанием вдруг отпрянула, поспешно зажмурившись.

От камня неожиданно полыхнуло такой ослепительной затаенной в нем энергией, что на какой-то миг я испугалась, не ослепла ли вообще из-за собственной неосторожности.

— Ох, извините, — услышала я голос Дариэля, в котором не было и тени сожаления. — Но, полагаю, вы бы все равно не поверили моему предупреждению. Не так ли, госпожа Киас?

— Вообще-то, поверила бы, — пробурчала я.

После чего выудила из кармана носовой платок и аккуратно промокнула мокрые от слез глаза. Покосилась на Луциуса.

Как и следовало ожидать, ему эта вспышка никак не навредила. Он сидел, вальяжно откинувшись на спинку кресла, и на его губах застыла ну очень неприятная усмешка.

— Предупреждать надо, — холодно произнес он. — Господин Барайс, вы и представить не можете, как близко сейчас были к смерти.

— В таком случае, повезло всем нам, — без тени испуга ответил Дариэль. — Господин Киас, предупреждаю вас сразу: этот амулет завязан на биение моего сердца. Если я погибну — то он в тот же миг взорвется. Вашарий просил передать, что даже ваше могущество игрока не спасет вас тогда от смерти.

После чего с некоторой толикой смущения развел руками, как будто призывая не обижаться на него за такие слова.