В тени кукловода

Впрочем, она мгновенно исчезла, словно только привиделась мне, сменившись привычным стальным блеском.

— А впрочем — почему бы и нет? — пробормотал он, словно продолжал спор с кем-то невидимым.

Встал и легко подхватил меня на руки. Я тихо ойкнула, потому что тем самым он потревожил мои многочисленные ссадины. Но тут же смолкла. Больше всего на свете я боялась, что Луциус передумает.

— Смотри, Доминика, ты обещала мне, — произнес Луциус. Кинул последний взгляд на Вериаша, который по-прежнему не подавал признаков жизни.

Как оказалось, номер, в котором я очнулась, состоял из двух смежных комнат. Луциус принес меня во вторую, обстановка которой с точностью повторяла первую. Не мудрствуя лукаво, небрежно кинул меня на кровать.

Я опять ойкнула, почувствовав, как пусть и мягкий, но удар тягучей болью и жаром отозвался в затылке.

— Не мешало бы тебя проучить хорошенько, — проговорил Луциус и сбросил рубашку на пол. — Так, чтобы надолго запомнила. Негоже целоваться с другими при живом муже.

Я скользнула взглядом по его плечам. Чуть нахмурилась, заметив косой и широкий бугристый шрам, пролегший от левой ключицы к правому боку. По всей видимости, рана была очень серьезной. Интересно, как он получил ее?

— Любуешься? — верно истолковал мой взгляд Луциус и задумчиво провел пальцем по своему шраму. Пожал плечами и сказал: — А ведь это ты виновата в моем столь своеобразном украшении.

Я вспомнила ту жуткую ночь в музее истории Озерного Края. Чавкающий звук, с которым нож вошел в мой живот.

— Мы обсудим это позже, Доминика, — с коротким смешком заверил меня Луциус. — Поверь, сегодня нас ждет множество увлекательнейших разговоров. Но сейчас я желаю получить свое.

За рубашкой на пол полетели и его брюки, и я почувствовала, как в низу живота пробуждается сладкая истома. Да, у меня действительно слишком давно не было мужчины, раз даже взгляд на обнаженное тело вызывает во мне столько желания.

— Пожалуй, приступим к уроку, — мурлыкнул Луциус. Лег на кровать и привлек меня к себе.

Его руки скользнули по внутренней стороне моих бедер вверх, и я тихонько застонала. О небо, как давно я не чувствовала ничего подобного!

— Нравится? — прошептал Луциус. — Ну скажи, что ты тоже скучала по мне!

— Освободи меня, — в ответ попросила я.

Луциус задумчиво тронул ленту заклятья, которая все еще туго перетягивала мои запястья. Отрицательно мотнул головой.