Демоны на привязи

Весь мир есть, а меня больше в нём нет. Как такое возможно?

— Даже если это случится через сотню лет, это слишком, слишком скоро. — Ангус не собирается далеко меня отпускать, идёт следом, будто нить, тянущаяся за иголкой.

А я думаю о том, какие же мы всё-таки разные. Пусть он и выглядит как человек, но Ангус демон, он не рождён от женщины, не имеет отца. Он привык оперировать другими понятиями и другой моралью, веками, тысячелетиями. Что для него года человеческой жизни? Он будет таким же молодым и красивым, когда моё тело, съеденное червями, удобрив почву, превратится в кладбищенские цветы и траву.

Я вздыхаю, продолжая отступать.

— Прости, я не хотел тебя расстроить. Ты такая красивая. Я сделаю всё, что ты захочешь. Всё, что попросишь. Прикажи, и… — шепчет Ангус, беря моё лицо в ладони. Его губы невесомо касаются моего лба, бровей, век, щёк. Как же хочется поддаться, раствориться в этом тёплом ощущении, забыться в горячем шёпоте… Теперь мы поменялись ролями, и демон утешает меня. И где медведь, когда он так нужен? Выскочил бы сейчас из кустов и заревел: «А чем вы это тут занимаетесь?» Но Змей распугал всех косолапых на много километров вокруг.

Мы здесь одни. Демон и человек. И это несовместимо.

— Ангус, сгинь… — еле нахожу в себе силы вымолвить эти два простых слова. Лёгкий хлопок, и сильные руки, обнимающие меня, пропадают.

Иду к машине, устраиваюсь на переднем сиденье, пристёгиваюсь. Немного подумав и успокоившись, зову Лепуса. Всё-таки с ним мне как-то легче общаться.

Может быть, потому, что он ещё молод, с ним не так остро ощущается пропасть, разделяющая демонов и людей. Лепус появляется спустя пару минут, сразу же за рулём, и, ничего не говоря, заводит мотор. В пути мы молчим и слушаем музыку. Я не хочу разговаривать, а Лепус неожиданно поддерживает меня в моём нежелании, ведёт машину, иногда подпевая песням, звучащим из магнитолы. Через часа четыре джип останавливается.

— Сладкая булочка, дальше не проехать, пойдём пешком. Тут недалеко.

Демоническое «тут недалеко» выливается в несколько километров бодрой ходьбы в гору.

— Здесь ледник подтаял, обойдём справа. Нормальные герои всегда идут в обход!

На особо опасных участках Лепус берёт меня за руку, страхуя. Вот и сейчас мы идём по снегу, присыпанному мелкими камешками. Впереди зияет дыра. Проходя мимо, заглядываю в глубину. На три метра вниз виден всё тот же ледник — никогда не тающие шапки горных вершин.

Снег заканчивается, и тропа идёт под уклон.