Мой любимый демон

Пошли во двор? Я не выдержу этой духоты, — заныла Сунан, вытаскивая подругу из-за стола.

Воронцова вцепилась в его крышку, но была безжалостно оторвана от нее. Дамиан немедленно поднялся вслед за девушками, и Маргарита сама испуганно потащила подругу во внутренний дворик, собираясь сбежать от своего черного конвоира. Молодой человек, впрочем, не собирался преследовать ее.

Он прикинул расстояние от двора до отцовского кабинета и рискнул предположить, что не взорвется от проклятых чар. Дамиан коротко выдохнул и быстрым шагом направился к нужному кабинету.

Поднимаясь по лестнице, Лефевр уже едва мог терпеть раздирающую боль в груди. Его лицо покрылось испариной, а перед глазами плавали разноцветные пятна. Он стиснул зубы и зло толкнул дверь. Виктор не встал, лишь удивленно приподнял бровь, опуская свежую газету на стол.

— Да ты отчаянный парень, Дамиан Лефевр! — Уголок его губ приподнялся в сдержанной улыбке.

Издевки отца на него сегодня не действовали. Виктору не понравилось, что он выбрал фамилию матери, чтобы представиться этим детям? Это его проблемы! Молодой человек подошел к окну и сел на край подоконника, ощущая, что так стало немного легче. Маргарита, жестикулируя, пересказывала своей хвостатой подруге события прошлой ночи, описывая свой «сон». Лефевр усмехнулся наивности своей пленительницы. Но времени оставалось немного.

— Во-первых, ты прислал свою любовницу ко мне, я этого больше не потерплю! — Голос Дамиана совсем охрип.

Виктор встал, поглаживая свой подбородок. Он остановился, опираясь ладонью о стол, и посмотрел на сына с некоторым удивлением.

— За этим пришел? Я думал, тебе нужен совет.

— Совет? — Черные брови Дамианасардонически изогнулись.

— По поводу девушки. Я вижу, ты внял голосу разума и решил более не разгуливать голышом по городу, — проговорил Виктор уже мягче, радуясь тому, что его сын больше не походил на оборванца.

— Я не разгуливаю голышом! — Дамиан зарычал, вовремя затихая, поскольку головы студентов стали подниматься, глядя вверх, на доносившийся шум. — И советы мне твои не нужны, я сам разберусь с этой девчонкой! Но свою птичку придержи, иначе однажды я сверну ей шею. Не смей вмешиваться!

— Кажется, прозвучало слово «во-первых»? — Виктор привычно проигнорировал слова сына, отказываясь обсуждать эту тему на повышенных тонах.