Проснуться ото сна

А рядом, если приглядеться, можно заметить обувь, не свойственную нашим представлениям о ней.

Я подошел ближе и, приглядевшись, увидел в траве обувь черного цвета без каблуков с белыми полосками по бокам.

– Ты уверен, что это именно обувь? Мало ли что мог изобразить автор.

– Ты сомневаешься в моих словах? Я видел одну из его картин – к сожалению, недавно сгоревшую вместе с домом, – на ней стоит девушка в длинном, почти облегающем, платье, слегка приподнимая подол и оголяя ноги, на которые надеты эти самые кроссовки, так он их назвал.

Я поднял брови:

– Что за название такое странное? Как ты вообще узнал про эти картины? Уверен, есть авторы, которых ценят выше.

– Сейчас дело не в цене, у меня иногда возникает чувство, что я должен оказаться в определенном месте в определенное время, и то событие, которое я увижу или человек, с которым повстречаюсь, окажет существенное влияние на дальнейшие события. Не знаю, как это объяснить: судьба, интуиция, предзнаменование, я всегда повинуюсь этому чувству. Благодаря этому мы встретились с тобой, я спас Елану от смерти, и таких случаев было немало, но озвученные мной стали переломными моментами в судьбе.

- Это проявилось только, когда ты стал таким, или подобное происходило и раньше?

- Помоги мне, держи картину за низ рамы. - Я помог, хотя Николас мог все сделать сам. - Когда я был человеком, интуиция так же не подводила меня, но и не давала таких шансов изменить свою судьбу, лишь, небольшие везения. Как только мы приехали сюда, с самого первого дня меня тянуло к этому дому.

- Получается, когда ты приходил сюда по приглашению на прием, этой картины не было, или я чего-то не понимаю?

- Ты правильно мыслишь, ее Торрент приобрел совсем недавно, вдохновленный и впечатленный картиной. Стоит ли говорить, что он в произведениях искусства совершенно не разбирается, а покупает лишь то, на что знающий человек даст свой положительный отзыв. Дом такого человека, как Уильям Торрент, не достоин, чтобы в нем находились подлинные произведения искусства.

Николас аккуратно снял картину, вынул ее из дорогой и утяжеляющей произведение рамы и повесил пустую раму на стену.

- Погаси, пожалуйста, свет, нам пора уходить. Слышишь, как в другой части дома просыпаются слуги, чтобы приступить к своей работе?

- До рассвета еще не меньше двух часов, - удивился я.

- Хозяин дома держит своих людей под своим железным кулаком.