Кот, его ведьма и проклятый принц

– Я хочу знать твоё имя.

− Вряд ли.

− Мы еще увидимся.

− Это вопрос? – удивленно подняла брови девушка.

− Вряд ли, − ответил ей парень, и Мориэлла подавила непривычное желание улыбнуться. – Можешь звать меня Эл.

− Если пройдешь завтрашнее посвящение, может свидимся в бою, − вдруг сказала она.

− Я не хочу с тобой драться, − улыбнулся парень, и желтые глаза его сощурились.

− Тогда, − Мориэлла поняла, что уже долгие секунды стоит в клятом портале одной ногой и не может уйти по какой−то неведомой причине.

− О, − его брови поднялись, и парень почесал затылок, − украсть. Я идиот. Подумал, ты собираешь гербарий для учебы. Ну знаешь, − пояснил он на её удивленный взгляд, − эти ваши девчачьи делишки. Цветы в книгах и всякое такое, романтика.

Романтика Мориэллы заключалась в каждодневном накоплении силы и изучении символов для кровавых ритуалов.

− Тогда составишь мне компанию на еще одну такую романтичную ночь? – спросила девушка, а потом дала себе мысленную оплеуху.

− Я к вашим услугам, мисс, − широко улыбнулся парень, и Мориэлла заметила ямочку на его щеке.

Алый свет луны мазнул по его широким скулам, прошёлся по груди и плечу, тронутому бронзовым загаром, чтобы спуститься вниз и высветить часть белой татуировки под его кожаной перчаткой на левой руке. Мориэлла засмотрелась и тут же потрясла головой.

− Что ж, бывай, − кинула она, заходя в письмена на земле. Воздух задребезжал от магии, а носа тут же коснулся запах благовоний их ковена, когда воин окликнул её еще раз.

− Не прячь больше себя и свои волосы, − сказал он, постепенно исчезая в густом тумане, призванном магией ведьм. – Я не видел ничего прекраснее в своей жизни.

Мориэлла оказалась на своей родной земле и растерянно смотрела на то место, где ещё недавно стоял странный парень. Потрясла головой и засунула руку в мешочек, чтобы любовно огладить лепестки цветка, который так опрометчиво отдал ей воин.

Глава 16. Круг и тень

Еще до того, как открыть глаза, я видела круг с письменами. Они вились внутри него змеями, стираясь из памяти, но я почувствовала непреодолимое желание сохранить эту часть своего сна. Была ли та шестнадцатилетняя девочка настоящей Мориэллой?

В её душе и мыслях не было злобы. Сплошь одиночество и боль.