Мой любимый менталист

Сам нар Трэвис тут же присел передо мной на корточки, взглянул раскосыми, как у всех киреянцев, глазами и тихо спросил:

— Очень испугались? Давайте отведу к целителю!

— Не нужно, — беря себя в руки, отозвалась я.

Сделала глубокий вдох, откинула со лба мокрые пряди волос.

— Спасибо за беспокойство, нар Трэвис. Я в порядке. Правда.

Я постаралась придать своему голосу уверенности, даже выдавила из себя улыбку, когда мужчина помогал мне подняться. Несколько раз он косился в сторону монстра, которого успели усмирить.

— Будет разбирательство, как это чудовище оказалось на полигоне, — хмуро сказал он. — Как-то же он сбежал из укрепленного для него загона и прорвал силовой защитный барьер!

Я промолчала. Мои мысли все еще были заняты не ядовитым троллем с Тируны, а тем, как я в мгновение ока оказалась в другом месте. Дар к менталистике у меня средний, с трудом наскребла баллы на тестировании для второго уровня, и никаких иных граней у него быть уже просто не могло.

— Все же давайте я вас провожу, нара Вероника, — мягко предложил Трэвис, загораживая меня от поверженного монстра.

Ответить я не успела. На лиаре, тонком серебряном браслете с десятком самоцветов, выполняющих самые разные функции, вспыхнула голограмма.

— Нара Вероника Лазарева, вас ждет в своем кабинете декан факультета психологии, — возвестила Элла, его секретарь, покусывая губы, накрашенные алой помадой.

Я нервно сглотнула. Неужели Аран Дарийский уже в курсе, что на полосе препятствий меня преследовал монстр и я не погибла только благодаря тому, что каким-то немыслимым образом переместилась? Других причин для вызова просто не было. С успеваемостью у меня порядок, дисциплинарных взысканий нет.

И если причина в спонтанно изменившихся способностях, что со мной тогда будет? Удастся ли убедить декана в скачке адреналина? А если нет, то… что? Проведут исследование и пустят на опыты? В моих теперешних обстоятельствах меня даже защитить некому.

Родители погибли год назад на одной из планет, которой только предстояло стать колонией Земли, и никаких других родных у меня не осталось. Конечно, на самой Земле жили дальние родственники, но наша семья никогда не поддерживала с ними отношения, и в случае чего обратиться к ним за помощью я не смогу.