История одного Волка /2/

Теперь оборотень искал подтверждение своей догадке – и нашел их достаточно. Ученица первого года обучения, которой по записям в личном деле, было восемнадцать лет от роду, двигалась по кругу так, как просто не могла девушка ее лет, причем любой расы. Даже молодняк дроу такой грацией еще не владеет. Не могла, если только ее не натаскивали на войну, так же как его!

Взгляд внимательный, голова чуть наклонена к плечу, будто она прислушивается, под ноги не смотрит, щит сместила так, чтобы можно было в любой момент увернуться в любую сторону.

Где ненависть к шантажисту?

Где злоба к возможному насильнику?

Где презрение к убийце артефакторов?

Только восторг, как у ребенка, который увидел героя из сказаний бабушки вживую.

Да на него с таким восхищением не смотрели даже волчицы, даже спасенные им адептки, как сейчас смотрела она.

«Что же ты такое, Лина?» - пронеслось в голове.

Она больше не казалась ему угловатой, слишком худой или слишком человечной, как было раньше. Она даже не вызывала желание защитить, только, чтобы она одарила вниманием.

Подчинение зверя такой девушке, уже не казалось Марку странным.

Жжение цепочки Марк почувствовал сразу – и замер, ожидая боли, но ее не было. Наоборот, по жилам разлилась прохладная живительная сила, проникая в каждую жилу, каждую мышцу.

Удивительное ощущение!

Веселина тоже остановилась напротив и с тревогой, искренней тревогой посмотрела на него. По телу прошла новая волна силы, только уже намного сильнее. Марк не рухнул только, потому что увидел, как побледнела и охнула Пара, схватившись за живот. Она даже шатнулась от боли.

Марк подался вперед, чтобы помочь, но мир померк раньше.

~~~~~***~~~~~

Марк оказался где-то.

Это была пустота и темнота. Здесь не было ничего, что могло бы привлечь внимание. Причем был здесь именно Марк, и только он. Его звериной сущности рядом не было, что удивляло, но не тревожило.

То, что случилось потом, можно было бы назвать работой архивариуса. Каждое действие в его жизни, каждое слово, поступок и эмоция проплывали перед его мысленным взором чистым и ясным. Он никогда раньше не видел свои воспоминания такими четкими.