Так становятся звёздами

– Хватит! Я вам не игрушка! Не канат, который можно и нужно перетягивать! Ваше желание обладать моим герцогством понятно, но, сударь, у вас же тоже есть сестра! И вы, кажется, любите её? Скажите, хотели бы вы, чтобы к ней относились так, как вы сейчас ко мне?

Лицо Сезара омрачилось, словно затянулось облачком. На мгновение в его выражении Гаитэ даже померещилось нечто вроде раскаяния или сомнения.

Но очередная самоуверенная улыбка убедила её в том, что она ошибается.

– Хотите присутствовать на поединке? – внезапно сменил он тему.

– О чём вы?

– О возможности пойти сегодня со мной.

– Нет, конечно.

– Боитесь, что мой брат не одобрит? Ну а если Торн пойдёт с нами?

– Вы дадите мне пройти или нет? – еле сдерживаясь от клокотавшей в душе ярости, прошипела Гаитэ.

– Обязательно, – с мягкостью кошки, готовой вот-вот выпустить когти, отозвался Сезар.

И добавил:

– Как только ответите на мой вопрос.

– Зачем вам моё присутствие?

– Хочу увидеть восхищение в ваших глазах, когда отрежу уши вашему генералу.

Сузив глаза Сезар сделался удивительно похожим на Торна.

– Чтобы ваша нездоровая фантазия не подсказала ему отрезать, сильно сомневаюсь, чтобы меня это восхитило, – фыркнула Гаитэ. – Вот если бы наоборот?

– Вас бы порадовали мои раны?

– Возможно, я сочла бы их справедливой карой за всё, что вы сделали с моей семьёй.

Гаитэ поднялась на ступеньку выше, приближаясь к нему вплотную, принимая не озвученный вызов:

– А может быть, мне плевать на мою семью? Может быть, вы бесите меня сам по себе вашим беспринципным цинизмом и самоуверенной наглостью? Бесите до такой степени, что я не побрезгую радоваться вашим отрезанным ушам?

Сердце колотилось от испуга и какого-то сладкого, незнакомого чувства.

Ударит он её? Или – поцелует?

Но прежде, чем Сезар окончательно определился с решением, Гаитэ с проворством птички поднырнула ему его руку и опрометью поднялась по ступенькам, сопровождаемая заразительным, весёлым смехом Сезара.

Глава 9

На душе скреблись кошки с острыми когтями. Поводов для веселья не было. Упрёки Фейраса достигли цели. Против воли, через обиду и застарелую вражду, испытываемую к Тигрице с Гор, Гаитэ чувствовала угрызения совести.

Да, она должна позаботиться о благополучии матери. И вовсе не собирается слагать с себя эту ношу. Но граф Фейрас хотел всего, сразу и слишком быстро.