Его единственная

— Я кое-что из походных деликатесов приготовил, — усмехнулся мужчина, указывая на дымящийся на печи котелок. — Если понравится, и в дорогу возьмешь.

Ну что сказать? Блюдо из неведомых мне-прежней грибов, с клубнями каких-то редких лесных растений и вправду пробудило во мне гурмана. Ела не спеша, смакуя каждую ложечку. Надо будет потом посмотреть через блюдечко: из чего эта вкуснятина приготовлена и сам процесс готовки.

Но вечно сидеть за столом, болтая о том и о сем нельзя; время поджимает, надо собираться в дорогу.

И Микуся вон нервничает уже, места себе не находит.

Взлетала, с тоской глядя на помахивающего мне на прощание рукой Дива. Внутри все разрывалось от смеси волнения перед шабашем и грусти из-за расставания со ставшим едва ли не родным человеком. Собственно, в этом мире у меня кроме него и Мики никого и не было.

Вскоре знакомые леса и степи скрылись из виду, метла, включив автопилот, сама настраивала маршрут, согласно показаниям навигатора, а я предавалась мыслям и созерцанию окружающих красот.

Сконектить мой транспорт с Алисой надоумила Мика, подсмотрев что-то в моей памяти. Благодаря этому я могла лететь сутки напролет, дремля прямо в пути. И в итоге, мой путь вместо двух дней, с перерывами на отдых, занял всего лишь сутки. Опускалась лишь для того чтобы немного размять ноги и справить естественные надобности.

На месте оказалась как раз к обеду. Едва снизилась, тут же оказалась вовлечена в царящую вокруг суету. Шабаш проходил на огромном лугу, по периметру которого расположились гостевые шалаши.

Повсюду сновали женщины всех возрастов.

— С прибытием! — радостно воскликнула рыжеволосая девчушка лет шестнадцати. — Ты здесь впервые?

— Эм… Да, — кивнула я, открепляя кофр от метлы.

— Вот и здорово! Я все покажу, расскажу, — с видом знатока известила она, хотя я и без подсказок все знала. — Меня Тинкой кличут, а тебя?

— Элеонора Мищевская… То есть — Эля, — заметив надувшиеся губки девчонки, подкорректировала свой ответ я.

— Из родовитых что ли? — вылупила на меня свои зеленые глазища Тинка.

— Есть такое дело, — уклончиво отвечаю.

— И откуда будешь?

— Сейчас Мелозерская, — как-то уже вполне привычно ответила я (а давно ли считала себя Питерской?)

— Говорят, там места красивые, — мечтательно произнесла она. — Но мне некогда летать и красотами любоваться. Я — ученица Верховной ведьмы! Это так ответственно! Дел невпроворот, — приглушенным шепотом, но оттого не менее гордо известила Тинка. — А где твоя наставница?

— Нету.