Полет на одуванчике

Ирида приобняла меня за плечи и повела в дом, предоставив гувернантке возможность самой искать дорогу. Мы гостили у четы Митю не первый раз, поэтому я надеялась, что Миси не пропадет и обустроиться с достаточным комфортом.

- Что тебя привело к нам так внезапно? – снова спросила Ирида. – Только не нужно отговариваться родственными чувствами. Я же догадываюсь, что компания престарелой сестрицы тебя уже не прельщает.

Сестре перевалило за тридцать, и она болезненно воспринимала начало своего неизбежного старения, хотя на ее холеном лице пока не было ни морщинки.

- Какая ты старушка? Тебя можно принять за старшую сестру твоего же сына! – я посчитала, что немного лести не повредит. Мне нужно было ее расположение, впрочем, я практически не кривила душой. – А приехала я за советом и за помощью. Отец меня сосватал.

- Сосватал? – Ирида охнула и всплеснула руками. – Господи, я и не заметила, как моя младшая сестренка выросла. Кто он? Надеюсь не стар и не урод?

- Нет, - горько усмехнулась в ответ. – Он молод, безумно красив, богат, наследник престола могущественной империи.

Я выдержала трагическую паузу, а сестрица замерла в нетерпеливом ожидании:

- И???

- У него один недостаток. Его имя Филипп Раальский.

Ирида резко выдохнула и как будто сдулась сама:

- Отец совсем с ума сошел? Это имя полощут в каждой бульварной газетенке, и любая Раальская проститутка с гордостью заявит, что он был ее клиентом.

- А не далее, как позавчера его нашли рядом с телом убитой жрицы любви, - продолжила я список, озвученный сестрой.

- Мария, ты не должна соглашаться! Это же бесчеловечно отдавать тебя замуж за шута всей Разии![1] – нахмурилась сестра.

- Ирида, это тебе легко об этом говорить, когда ты вышла из-под отцовской опеки десять лет назад. У тебя есть Николя, который теперь отвечает за тебя, решает все твои проблемы и мирно живет под твоим каблуком, - сморщилась я. – А ты можешь представить, что я иду против папеньки?

- А он знает, что пишут газеты про твоего жениха? – Ирида задумчиво наморщила лоб.

- Я об этом спросила. Он сказал, что знает его лично!

- Ничего не понимаю! – сестра потерла лоб рукой. – Почему отец это сделал? Должно быть какое-то объяснение. Ты всегда была его любимицей. Я должна подумать!

С этими словами мы дошли до покоев, в которых я всегда останавливалась, когда гостила у Ириды.

-На сколько тебя отпустили? – уточнила она, запуская меня в комнату.