Эшелон сумрака

- Обойдёшься! – сквозь хохот тех, к кому шла я.

Я остановилась ровно напротив самого крикливого и гогочущего.

- Чего желают господа? – обречённое от меня.

В ответ мне раздались едкие смешки.

- Юной госпоже следует удалиться в свою часть поезда, - прохладный голос от двери.

Это был офицер, безразлично прошедший мимо меня и севший напротив окна.

- Я не могу, господин, - более спокойным тоном выдавила я, - на кухне больше нет замен. Тем более мужчин.

Он сурово взглянул на меня и нахмурил тёмные брови.

- Женщинам запрещено находится в этом вагоне, - ледяное в мой адрес, - Марк! Забери у госпожи поднос!

От такого опешили и я, и тот солдат, которым заменили меня.

То, с какой скоростью все склонили головы, заставило меня нахмуриться и зависнуть, однако вскоре мои глаза поднялись сами, а голова машинально повернулась. И я вновь замерла, смотря на то, как мерно и величественно вышагивает по вагону лорд Эшелона, на то, как развивается его плащ от шагов и на то, как непроницаемо ловит отблески маска на лице.

В вагоне стояла тишина.

- Следуй за мной, - не дойдя до меня пару метров, сказал Оушен, смотреть на которого сейчас было немного жутко, но как обычно волнительно.

Стоило нам поравняться, как я задрала голову, пытаясь поймать взглядом хоть один выбившийся волосок из-под груды ткани. Мужчина был высок. Даже чересчур. А ещё широкоплеч, что было заметно даже через плащ, пусть для его роста это казалось не таким масштабным.

- Да, господин, - шепнула я.

И двинулась к столику у окна следом за ним.

- Ты забылась, Лу, - прохладное от лорда.

Я вгляделась в его спину, едва передвигая ногами.

- Простите, Оушен, - прошептала я, надеясь, что он услышит и не услышит одновременно.

В ответ мне раздался знакомый, но гулкий хмык.

Господин откинул плащ назад, явив всем такой же плотный чёрный костюм, отстегнул серебряную брошь под горлом и сел на стул, закинув ногу на ногу. На его руках я заметила кожаные перчатки, а воротник был достаточно высоким, чтобы полностью перекрывать шею – ни щёлки голой кожи.

- Пятнадцать? – первое, что он спросил, когда я ещё подходила к столу.

Я кивнула, представляя, как выгляжу сейчас для него.

- Больше, - решила сказать правду.

Говорила я это с натянутой улыбкой, и он даже повернул голову в мою сторону. Не знаю, видел ли он сейчас что-нибудь - прорезей для глаз на его маске не было – сплошная металлическая конструкция, изображающая постное безразличное лицо. Такое же неживое, как, кажется, моё сердце сейчас.