Эшелон сумрака

Это, кажется, почувствовала и моя болезнь, потому как сперва расколы на лице перестали появляться, а после и начали заживать – медленно, безбожно чешась и иногда кровя, но в моём сердце теплилось яркое солнышко, горящее ярче с каждым пролетающим мимо городом и селом, с каждым произнесённым словом и выученным действием.

На двадцать восьмой день мы сошли с поезда, и я поняла всё. Мы окунулись в тёплое лето ещё несколько дней назад, но здесь сейчас была уже осень – на том самом перроне, на котором я впервые ступила на Эшелон Сумрака.

- Ты везёшь меня домой? – я, будто испугавшись, попыталась стянуть маску к носу, но она даже не сдвинулась.

Оушен окинул суровым взглядом небольшой городок перед нами и взял меня на руку, чтобы потянуть к карете.

- Нет, - хмуро процедил он, - твой дом замер у тебя за спиной. Мы же направляемся в гости, - он усмехнулся и прищурил глаза, - не прельщает идея сочетаться браком в местной церкви?

Я помотала головой, как бы сказав, что мне нет разницы до церкви и города, точнее села, однако…

- Я не хотела возвращаться, - прошептала.

Мужчина помог мне подняться по ступеням кареты, бросив последний зоркий взгляд на столпившихся за защитной стеной из солдат людей. Интересно, сколько баек успели сочинить те, кто видел меня и лорда, выходящих из Эшелона? Мне было бы интересно узнать, кем каждый из них считает меня саму.

- Мы ненадолго, Лу, - заметил моё выражение лица он, - обещаю тебе. И обещаю сделать так, чтобы тебе было легко, спокойно и… радостно.

В его глазах блеснул огонек, я кивнула и расправила платье на коленях.

Оно было белым – с настоящими серебряными нитями по подолу, поясу и рукавам, с вышитыми мелкими камешками узором и белой фатой, взамен той, что я надевала до этого. А еще пышным, громоздким и красивым. Свадебным. Это казалось странным, потому что я никак не могла поверить в это. Он и в самом деле женится на мне?! Даже приезд в мою родную деревню не мог отогнать от меня волнение и страх из-за этого.

- Ты обещала вести подсчёт часов, - напомнил он мне, придержавшись рукой за открытое окно кареты.

Я закатала рукав платья, задумчиво вгляделась в маленький квадратный циферблат, нашла стрелки и посчитала:

- Десять часов двадцать минут, - объявила, - м-мм… если прибавить те часы, когда была ночь, и мы спали, а ещё эти утренние, то… шестьсот шестьдесят три!

Мужчина довольно кивнул и отвернулся от меня к окну, где уже проносились небольшие домики с вытянутыми от удивления лицами горожан.