Сетевой

Его милые шуточки с сайтами знакомств и говносрачами на разных форумах оказались детским лепетом и вершиной такого огромного айсберга, что сейчас, слушая лешин рассказ, я с трудом представляла себе истинные масштабы тролльей деятельности.

Нелегальные покерные сайты, тотализаторы, ставки, игра на бирже, на Форексе — это было только начало. Параллельно он влез в секретный чат игроков и не просто расшифровал, но и исказил информацию, которой они там обменивались, в ус не дуя и не особо рассчитывая на то, что кто-то может использовать эту информацию.

Оказывается, это были инсайдерские сведения о предстоящих повышениях на бирже, нелегальный слив которых мог одних обогатить, а других разорить, если ими правильно воспользоваться.

Тролль разорять никого не стал, но деньжат себе поднял. Ему удалось на чистом везении и практически вслепую (по его словам, конечно) огрести несколько миллионов рублей и так замести следы всякими оффшорными махинациями, что даже УБЭП не смогло ничего на него нарыть. Однако бизнес-воротилы, у которых Тролль таскал нужные сведения, просекли недополученную прибыль, перетряхнули всю цепочку передачи данных и обнаружили утечку сведений к Закидонскому.

А поскольку следы Закидонского привели к моему компьютеру, приключения начались у меня.

Тролль снова появился у меня за плечом и с удовольствием слушал лешин рассказ, изредка вставляя свои едкие комментарии.

Так вот, по их объединенному рассказу выходило, что Тролль поначалу не знал ни имен, ни названий корпораций, которым он подгадил своими выступлениями на биржах.

Но когда меня похитили и напичкали химией, чтобы выпытать у меня, что мне известно об их махинациях и торговле биржевой информацией, Тролль использовал единственный известный ему канал связи с этими воротилами, чтобы начать угрожать сливом закрытых данных, если меня не вернут прямо к дому. Если бы он привел угрозы в действие, мои похитители продолжили бы терять миллиарды. Я ничего не выболтала по той простой причине, что ничего не знала и доказала свою бесполезность.

И главное, чего ему удалось добиться, — убедительно показать им, что я — не Закидонский и что Закидонский на свободе и готов действовать решительно.

Тогда они стали охотиться за компьютером Закидонского. Проблема была в том, что я засела в собственной квартире, запуганная до чертиков, и тут же со мной ошивался инициативный сотрудник органов, которого они вычислили, скорее всего, уже после второго его появления в моей квартире.