Седьмая руна

Капитан хмуро взглянул в сторону виновницы его ранней побудки. Девушка свернулась калачиком и подложила обе ладони под щеку. Было бы невежливо разбудить ее и потребовать сопеть не так сладко.

Бонни, развалившийся на полу, поднял голову и еле заметно вильнул хвостом. Это разозлило еще больше.

– Только твоего сочувствия мне не хватало! – заявил капитан Богарне. Пес снова положил морду на лапы, косясь на мужчину так, словно удивлялся его глупости. Этьен с раздражением взглянул на кляксу, сорвавшуюся с кончика пера, пока он наблюдал за спящей девушкой.

Вздохнув, полисмаг смял лист и положил перед собой новый, и с ненавистью уставился на девственно-чистую бумагу. Мысли разбегались.

– Вот интересно, что я должен написать? – иронично поинтересовался он, обращаясь не то к Бонни, не то к самому себе. – Что руководитель практикума некромантов невзначай поднял три незарегистрированных женских тела, а проходящая мимо сотрудница кафедры помогла обезвредить эти тела? Да комиссар Марэ меня попросту засмеет!

Последние слова он сказал в полный голос.

Девушка вздрогнула и открыла глаза. Бонни вскочил и ткнулся носом в ладонь хозяйки. Он вилял хвостом так неистово, что постоянно стучал о диван Несколько секунд девушка недоуменно озиралась, потом ее взгляд остановился на Этьене.

– А, это вы… – она наморщила лоб, пытаясь понять, что капитан Богарне делает здесь.

– Доброе утро, – иронично поприветствовал ее полисмаг. – Как спалось?

– Где я? – она проигнорировала его вопрос.

– В моем кабинете.

– Что? – известие произвело эффект, словно ее окатили ледяной водой. Франсуаза вскочила и машинально расправила юбки. – Зачем вы привезли меня? Я арестована?

– Вы просто заснули в моем фиакре, – сухо пояснил Этьен, снова начиная выводить слово “Рапорт”.

Он так и не знал, как изложить события, но это было лучше, чем смотреть на девушку. Её широко распахнутые бирюзовые глаза манили, словно прохладное озеро в жару.

Глядя в них, до безумия хотелось вскочить, кинуться к их обладательнице и поцеловать, пока она не взмолится о пощаде.

– И вы привезли меня сюда? – поинтересовалась Франсуаза, подходя к столу.

Щелк! Перо, которое он сжал пальцами сломалось, приводя полисмага в чувство.

– Первой моей мыслью было отвезти вас домой, – он все-таки поднялся, не в силах лицезреть стоящую перед ним девушку.

– К вам или ко мне?

– Не думаю, что для вашей репутации это было бы принципиально.

– Как и оставаться здесь наедине с вами! – усмехнулась она.