Отбор для Императора теней

— Из него уже песок сыпется!

— Да он даже младше нашего императора! А ты ведь не против выйти за Его Величество!

И такие споры почти по каждому вопросу. Но было видно, что любая за свою подругу что угодно сделает, защитит и поможет без раздумий. Я поймала себя на мысли, что немного завидую... Тоже бы хотела рядом настолько близкого человека.

Мы задержались в парке на несколько часов, а потом проголодались и вернулись. На обед пришлось разбрестись по этажам — в столовую начнут пускать только завтра, после результатов испытания.

Все-таки интересно, много ли девушек исключат на его основании? Император серьезно будет отбирать самых умных и разносторонних? Хм, а если наоборот? Самых глупеньких оставит?

Меня развеселила эта мысль. На заработок я уже почти махнула рукой — тут такая вероятность вылететь за малейшую провинность или поведение, не соответствующее ожиданиям императора, что загадывать что-либо абсолютно бессмысленно.

Но, например, если я все же пройду третье испытание, надо постараться вылететь на четвертом.

А еще вспомнить о своем решении и поменьше привлекать к себе внимание. Только вот как, если даже желание провести служанку до портала вызвало такую реакцию?

Я себя чувствовала, как на невидимой дорожке над пропастью. Идешь и не знаешь, следующий шаг оставит тебя на ней или ты полетишь вниз...

Зета встретила меня блеклой улыбкой и накрыла столик для обеда.

— Как прошло испытание, леди?

— Не уверена, наверное, хорошо. Ты ведь знаешь, что это было за испытание?

— Да, слышала, — кивнула она.

— И много планируется выгнать невест? — осторожно спросила я.

Девушка пожала плечами.

— Сколько Его Величество решит. В прошлый отбор, например, после первого испытания исключили совсем мало девушек, зато после второго — почти всех.

— Интересно, что будет на втором, — протянула я, выжидающе глядя на служанку.

— Нет-нет, я точно не знаю, — открестилась она.

Эх, хорошая была попытка.

— А расскажи мне про Эбителлу, пожалуйста.

— Её Высочество? — Зета растерялась.

— Да. И вообще хватит стоять, присаживайся.

Девушка неуверенно заняла кресло, усевшись на самом краешке, как на жердочке, и, кажется, приготовившись вскочить при малейшей возможности.

— Но я ничего про нее не знаю.

— Совсем ничего?

— Ну-у, она почти не улыбается. И не очень любит людей. Со своей служанкой практически не общается, любит сбегать от стражи и бродить одна по городу — я слышала, что император её за это несколько раз ругал.