Грозовой Сумрак

В рыжих волосах Кармайкла, отросших и свободно полоскавшихся на ветру, блестели седые пряди, острый подбородок зарос короткой, аккуратно подстриженной бородой, делавшей мага лет на десять старше. А может, дело было в отчаянной безысходности, поселившейся на дне зрачков.

— Светлая моя госпожа...

Он улыбнулся мне, грустно и как-то потерянно, а потом отвернулся, оглаживая кончиками длинных холеных пальцев до боли знакомую сумку с Рогом, висящую на поясе. Неужели я кажусь ему лишь призраком, видением из далеко прошедшего времени, которое оставило после себя лишь счастливые воспоминания?

— Ты… не узнал меня, Кармайкл? — Я шла через исковерканный боем и магией луг навстречу магу, огибая овраги и переступая через пятна выжженной травы.

— Как когда-то давно на вершине одного из Алгорских Холмов — ты не узнал меня?

— Как я мог... — он неловко пошатнулся, сделал шаг ко мне, и лишь тогда я увидела, что левый рукав его куртки пуст, что плотная ткань с вышивкой на узком манжете свободно развевается на ветру.

— Как я мог забыть ту, которую вижу во сне каждую ночь, которая чудится мне среди дня? Ты и сейчас мне снишься, светлая моя госпожа, моя прекрасная осень...

— Это не сон, — я подошла к нему вплотную, робко, трепетно скользнула кончиками пальцев по заросшей жесткой бородой щеке. — Я пришла сюда. Пришла за тобой.

— Ты пришла слишком поздно, моя любимая госпожа, моя прекрасная леди, — он покачал головой, осторожно перехватил мою ладонь уцелевшей рукой, почти коснулся губами тонкого запястья — но удержался, разжал пальцы и отвернулся, стараясь не смотреть мне в глаза.

— У меня нет будущего. Я калека, в котором отпадет необходимость сразу же, как только Сумерки отступят от Вортигерна окончательно, да и тебе я не нужен, я знаю, что ши-дани не выносят уродства в своем жилище.

— Кармайкл... — я осторожно коснулась пальцами его подбородка, развернула лицом к себе так, чтобы вновь поймать взгляд зеленых кошачьих глаз, в которых поселилась глухая тоска и уверенность в собственной незначительности.

— Люди слишком мало знают о «добрых феях».

С этими словами я коснулась его губ поцелуем, нежным и бережным.

Мне все равно, как ты выглядишь, человеческое дитя. Холм поможет тебе обрести утраченное, если ты позволишь ему совершить это небольшое чудо, если по доброй воле захочешь вновь пересечь Алую реку, держась за мою руку.