Грани миров 2. Новые законы.

Возможно, он тогда ещё должен был узнать о Вольгере чуть больше, чем тот сам о себе рассказывал, но чистоплюйство лишило его этого удовольствия. Теперь же, когда маг был на гране безумия от сыплющихся, словно метеориты на мирный газон, новостей, он уже не миндальничал, он с горящими глазами бегал вдоль полок, вспоминая, куда запихнул в прошлый раз нужный ему документ.

– Ага, – бормотал он, наткнувшись на знакомую секцию, – тут я был и что-то читал, может, свиток за этими стопками? Нет, не за этими… Может, тут или там? Ах, ну конечно! – воскликнул он, лупя себя по лбу, – вот куда я тебя затолкал.

Дрожащей рукой маг обследовал одно из самых укромных мест в библиотеке и обнаружил то, что искал. Тонкий, хрупкий папирус, пожелтевший от времени, был стянут алой лентой с нанесённым на неё древним руническим кодом. Огайра прочёл руны и свёрток засветился, приглашая к прочтению. Маг стянул ленту, развернул папирус и остолбенел.

Он изучил документ раз пять, не меньше, прежде чем понял, насколько скрытен и непредсказуем его учитель.

Договор был написан одним из редчайших и уже давно не используемых диалектов. Огайра разобрал лишь половину. Но и этого оказалось достаточно, чтобы уяснить – Вольгер Грут вовсе не тот, за кого себя выдавал. По крайней мере ему – Огайре.

Его учитель никогда не пошёл бы против совета Высших. Он не стал бы сводить на нет их работу в угоду своим планам, пусть даже весьма грандиозным. Но если верить документу, он сделал именно это.

Милейший наставник Огайры взломал Ледяную сферу безмолвия, в которую заточили Таймару – жену Тирия и похитил из её темницы некий кристалл. Что нёс в себе этот накопитель, Огайра уже догадывался. Благодаря подружившемуся с лилулай Истану, он теперь знал, что Таймара продала своих детей Завулу в обмен на силу и право пользоваться его магическим каналом. Не трудно было сопоставить одно с другим и понять, что кристалл заключал в себе и силу, и права ведьмы.

Мозг мага заработал, как взбесившиеся часы, он прокручивал все события, так или иначе связанные со звездой.

– Странно, – недоумевал Огайра, – для него эта сила – чих, капля в утренней чашке хрога, одна роза из его сада.