Улица Венеалме

Лужица ачте устремилась к краю и стекала на пол.

– Когда? – спросила Иллира, поднимая кружку со стола. – Исар?

– Я съездил не только в Дакрию, но и чуть восточнее, – сказал Конда.

– Подвинь ногу, Иллира, – попросил Садор, подталкивая тряпку под стол. – Ага, вот так.

– В общем, я нашёл род, хороший, именитый, которому был нужен этот брак. Женщина – побочная дочь кира.

– Женщина?

– Девушка, – поправился Конда. – Её выдали замуж, но муж не подтвердил брак. Её привезли в новый род, а он отказался. У них возникли сложности с документами, потому что брак был полностью оформлен заочно.

.. по портрету. Парня уверили, что она соответствует портрету, и он с охотой согласился, и они всё оформили, но, когда её привезли, он наотрез отказался от неё. Прежний род тоже не захотел её забирать. Положение очень неловкое, и предложение рода Салке было как нельзя кстати. Я отправил им письмо, пока был в тех краях, и вчера сюда пришёл ответ, что они согласны.

– Исар... – тревожно обернулась Иллира. – У нас не возникнет сложностей?

– Могут, – сказал Исар.

– Могут. Как и всегда и во всём. Но на данный момент это лучшее решение. Мы обсуждали это и приняли его. Главное, сын вернётся.

– А что будет с девушкой? – тихо спросила Аяна. – После развода?

– Пока не ясно. Решим на месте, – сказал Конда, подсаживаясь рядом. – Ты веришь мне?

Аяна обернулась к нему. Тёмная ночь плескалась, заманивая в глубину, в его зрачках, расцвеченная искрами звёзд, пляшущими в прищуренных глазах.

– Верю, – прошептала она.

– Кхм, – кашлянул Исар.

Аяна дёрнулась, возвращаясь в аромат хлеба, в тепло печи и скрип половиц под ногами Кимата, прыгавшего на втором этаже, прижимая к груди протянутые было пальцы.

– У-а-а! У-аа-а!

– Я пойду, – сказала Иллира, глядя на потолок и тяжело вставая. – Аяна, можно тебя попросить привезти мне ту вашу тряпку, которой подвязывают живот?

– Керио. Хорошо. Я научу тебя, – кивнула Аяна. – Он остался в мешке. Конда, я могу передать Иллире мой керио с Арчеллом?

Она спохватилась, распахнув глаза.

Сердце стукнуло в горле. Исар...

– Прости... кир Конда.

Конда, смотревший куда-то мимо её уха, вдруг опустил взгляд, еле заметно качнув головой.

– Да, любовь моя, – сказал он, с улыбкой заглядывая ей в глаза и заправляя прядку её волос за ухо. – Когда тебе будет угодно.

Аяна ошеломлённо глянула на него, резко обернулась и поймала слегка насупленный взгляд Исара.

– Да ладно уж, – сказал он, отводя глаза. – Не мне осуждать. Эх ты... Бродяга.