Любовь без права пересдачи

— Уничтожаем улики, значит?

— Их уничтожили вы, — я с сожалением взглянула на прожженный пол и пузырящиеся лужи. В ответ меня встряхнули и сообщили много интересного о моем происхождении, совершенно не стесняясь в выражениях. Понимая, что не стоит злить блюстителей порядка еще больше, я благоразумно промолчала.

Нам с Мелом связали руки силовой петлей, не слишком приятное заклинание, и вывели, а саму квартиру опечатали. Пока сотрудники Департамента закрывали квартиру, мы стояли на лестнице под ошеломленными взглядами соседей.

Убедившись, что печати надежно застыли на своих местах, силовики погрузили нас в экипаж с решетками на окнах двое поехали с нами, следя, чтобы мы с эльфом не разговаривали друг с другом.

Могли и не стараться, разговаривать с тем, кто так меня подставил я не собиралась. Разве что убить и выкинуть на ходу. Я бросила злой взгляд на эльфа, но он, слишком напуганный происходящим, не заметил его.

Путь был недолгим. Вскоре экипаж притормозил, а потом тронулся снова, копыта коней застучали по брусчатке. Мне не надо было смотреть в окно, чтобы определить, что нас привезли в Департамент магического контроля.

Напоследок подпрыгнув на ухабе, картера остановилась. Дверца распахнулась.

— Выходи! — меня схватили за плечо, заставив шипеть от боли и выволокли наружу, потащили к высокому крыльцу. Где-то за спиной семенил Мэл. В темноте огромное здание, построенное несколько веков назад, казалось зловещим.

Меня проволокли по лестнице вниз, впихнули в унылую комнату без окон и удалились, хлопнув дверью. Я прошлась, рассматривая плохо оштукатуренные стены и незамысловатую обстановку: стол и несколько стульев вокруг него. Судя по всему, комната предназначалась для допросов. Бродить по комнате смысла не было, и я присела на стул, меланхолично размышляя, какой набор заклинаний дает такое яркое голубое свечение из-под двери.

Из того, что мне было известно о методах работы сотрудников департамента, они любили «помариновать» задержанных, поэтому ожидание могло быть и долгим. В любом случае, раньше утра здание я точно не покину. Придется набраться терпения. Я тяжело вздохнула и завозилась, пытаясь устроится поудобнее на жестком стуле. Руки мне развязать не удосужились, они затекли, и я их почти не чувствовала.