Колька, Сенька, Ермошка и Шестое Царство

Всполошились ребята не зря: звуки снаружи и вспышка света за окном оповестили об одном – над селением пронеслась на реактивном помеле баба-яга.

Заряжая на бегу ружьё, Ермак выскочил на веранду. Подняв голову, всмотрелся в дымящийся след, прислушался. Гул стремительно удалялся, стал еле слышен, затем и вовсе пропал. В промозглом утреннем воздухе остался висеть сильный, неприятный запах. Знакомый, такой может быть вонь сгоревшей уборной на улице. Хоть та и стоит целёхонька вон там, сразу за поленицей дров.

Вслед за старшим выглянули за дверь и младшие. Колька смотрел серьезно и озабоченно, в угольных глазах сестренки прыгали бесенята: запахло приключениями. Кто не знает, Сенька напрочь лишена страха, а взрывная энергия, заключенная в хрупкой, как может показаться, оболочке требует выхода. Конечно, готовка пирожков, котлеток, рыбалка, починка сетей, посев-уборка урожая, сбор грибов-ягод, засолка и прочее другое требует больших затрат сил. Хорошо, а остальную энергию куда? Ладно, когда Коля с Ядвигой-Большой-Книгой устраивают состязания – всем радость и веселье, а Сеньке и разрядка к тому ж.

А у Кольки свои дела: пока старший брат стоит на страже, надо всех добряков-соседей оповестить, собрать в избе-читальне, обмозговать все угрозы, придумать как обороняться.

Накинув фуфайку, прыгнув босыми ногами в резиновые сапоги, Биномыч, шапка в кулаке, соскользнул по перилам с веранды вниз, к подножию дуба и устремился к Ядвигиной избушке. Сенька вслед за ним к Кайдану-Держи Кардану, Матюше-Солёны Уши. Ермак, поглядывая на небо, с ружьем наперевес, – к Юре-Ура-Ура и Марку-Клюшкой-Бряк. Такая вот цепочка подъёма-сбора по тревоге в Дубраве: от соседа к соседу, пока все не двинутся к избе-читальне на сход.

Колька вскарабкался на сцену не заморачивая себя ступеньками. Краем глаза, пока карабкался, он успел выхватить Юру-бондаря и старшего брата, которые взлетели в один прыжок на те же подмостки. Коля сделал вид, что не заметил ловкости ребят, и невозмутимо проследовал к столу, за которым уже восседала Ядвига-Большая Книга. Она приветливо похлопала ладонью по скамейке рядом собой, приглашая устраиваться.