Бокал эльфийского

— Я, кажется, сказал — завтра, — холодно обронил Валентайн, даже не повернув головы.

Лара поежилась. Никогда еще он не говорил с ней так, даже когда считал всего лишь предметом мебели в преподавательской. Будто ледяной ветер обжег щеки.

— Я хотела объяснить, ты все не так понял…

Госпожа Даш пересекла кабинет и положила руки на плечи Валентайну. Тот скинул их и напомнил о субординации.

— Но, — опешила Лара, — мы ведь не просто начальник и подчиненная. Или... — тут ее осенило, — ты от ревности, да? Так ничего не было! Он спрятал шпаргалку, пришлось обыскивать, а потом Саймо неожиданно снял штаны, начал домогаться…

— Не оправдывайтесь.

Вас поймали на горячем.

— Валентайн! — взмолилась Лара, схватила его за руку и прижала ладонь к губам. Госпожа Даш чуть не плакала. — Ты ведь знаешь меня, знаешь, я не могла!

— Понятия не имею, — возразил декан, но руку не отдернул. Он по-прежнему стоял спиной к Ларе. Тускло мерцал свет под потолком, даря ощущение интимного уюта. В любое другое время, но не сейчас.

— Вам нравятся зеленоглазые мужчины определенного типа, это я понял. Как и то, что вы способны на преступление ради утоления желания.

Лара всхлипнула и, повинуясь порыву чувств, повисла на шее любимого. Расцеловала отгородившегося от нее стеной отчуждения декана и поклялась в собственной невиновности.

— Ты так жесток! — всхлипнув, она отстранилась и отвернулась, утирая слезы.

— Я видел. Ты лежала на нем и держала…

— Кому из нас ты веришь, Лейни? — с тоской спросила Лара, назвав декана уменьшительным именем, которое шептала только в постели.

— Ему, этому развратному мальчишке, или мне, своей любимой женщине? Ведь я тоже тебя люблю, я все для тебя сделаю, только не оскорбляй недоверием.

Валентайн молчал, и с каждой минутой это молчание становилось все материальнее. Ларе казалось, будто оно давит на плечи, стискивает обручем голову.

Сердце то пускалось в галоп, то замирало.

— Хорошо, — наконец глухо ответил декан и махнул рукой на кресло, — садись. Чаю хочешь?

Лара кивнула, но просто так, не думая.

Меньше всего на свете ее интересовал чай.

— Рассказывай. Я выслушаю обе стороны, — Валентайн подогрел воду и потянулся за коробкой с терпким напитком.

Госпожа Даш не знала, с чего начать. Хотелось спросить, любит ли он ее, но вопрос никак не вязался с объяснением. В конце концов, именно так заговаривают зубы неверные жены. И Лара начала рассказ с начала, с той перемены, на которой подошел Алгис. Декан внимательно слушал, не перебивая.