Ставка на любовь

Прикрыв глаза и повесив голову на собственную грудь, он мирно посапывал, раскачиваясь в такт карете. Однако мысль о том, чтобы будить его, я быстро отогнала прочь. Собеседник из Ллойда, прямо скажем, так себе. Уж лучше смотреть на деревья за окном, чем отвечать на неудобные вопросы!

Мы ехали по ухабистой дороге все дальше, время тянулось, словно резиновое, и я уже подумывала попросить мужа сделать небольшую остановку, чтобы хоть немного размять ноги, когда произошло непредвиденное.

Карета дернулась, качнулась в сторону и встала под аккомпанемент бранных слов кучера.

Ох, как лихо он жонглировал словами, я даже немного дверь приоткрыла, чтоб лучше слышно было.

— Почему мы стоим? — тихий голос над самым ухом заставил подпрыгнуть и тут же зашипеть от боли. Моя голова встретилась с любопытным носом некстати пробудившегося Джеймса.

И он — не смотри, что из благородной семьи, — выругался не хуже нашего кучера.

— Чего ты дергаешься? — завершил муж пламенную речь, аккуратно трогая подушечками пальцев самую выдающуюся часть своего лица.

— А чего вы подкрадываетесь? — огрызнулась я, ласково поглаживая собственную макушку. — Напугали.

Проговорив что-то невразумительное, Джеймс жестом приказал отодвинуться от двери и выскочил наружу, строго вопрошая:

— В чем дело?

— Колесо, — сокрушенно ответил кучер. — Наехали на камень, оно треснуло и едва не отвалилось. И сейчас чудом держится.

Послышались удаляющиеся шаги, затем Ллойд снова подал голос:

— Сколько еще ехать до трактира?

— По времени? Часа полтора точно, массир.

Ответ мне не понравился. По левой стороне от дороги возвышался глухой лес, сменивший около получаса назад поля с колосящимся, не убранным пока урожаем зерна. По правой стороне, куда ни глянь, была пустошь. Попросить крова здесь было не у кого.

— Поедем вперед верхом, — констатировал мой супруг после недолгих раздумий. — Освободи лошадей.

— А как же ваша супруга? — выразил недоумение кучер. — Вы что же, к себе ее посадите?

— Какая супруга? Ах, эта…

Я злорадно ухмыльнулась, услышав в его голосе тоскливые нотки.

— Сам я поеду, массир, — проговорил кучер. — Приведу помощь — не успеете заскучать. Я уж знаю, как и с кем там договориться.

Вновь послышались шаги, лязг железа и недовольство лошадей. Чтобы не пропустить ни слова из важного разговора, я приникла к двери кареты, старательно вслушиваясь, и почти сразу полетела в объятия некстати вернувшегося Ллойда.