Амулет на удачу

Ауру вокруг меня в буквальном смысле пронзило ароматом тушёной капусты! Блин! Ошиблась! Суда по форме пирожков, с мясом был всего один. И я его уже съела. Все остальные – беккены с капустой. Нет, я их тоже очень люблю, но драконы вроде хищники? Будет ли Зубастик есть капусту? Рюкзак тем временем оживился и запихался в разные стороны. Я расстегнула его ровно на размер ладони и протянула кусочек пирожка Зубастику. Бедненький дракончик был настолько голоден, что добычу чуть с пальцами не оттяпал. Недолго думая протянула ему сразу целый пирожок, который мигом исчез в маленькой пасти, усеянной клыками.

– И-и-и! – затрясся рюкзак с новой силой и уже на весь зал. – И-и-ик-к-к!

Аудитория настороженно замерла. Все мгновенно повернулись в мою сторону. Господин преподаватель, видимо, ничего не услышав, продолжил бубнеж. Сделав вид, что я – не я, и сумка не моя, с самым невозмутимым видом принялась изображать как я усердно строчу лекцию. Попутно в сердцах ругала дракошку. Хотя если быть честной, ругать тут надо себя.

Малыш просидел в рюкзаке часа четыре, тут каждый если не взвоет, то разикается. Нагнулась, как бы невзначай убирая рюкзак на пол. Едва от меня отвернулись любопытствующие – заглянула внутрь. Мой дракончик сидел с совершенно безумным видом, улыбаясь во все… Короче во всю клыкастую пасть. И глаза были осоловелые, точно дракошка не пирожок с капустой проглотил, а принял на грудь кой-чего погорячее.

– Мама! – взвизгнул он и радостно замахал крылышками. – Мам-ма… и-и-и-к-к-к, – я так и застыла, гладя на безумную драконью морду.

Он что у меня, говорящий?! – И-и-и-к-к-к… – подпрыгнул дракошка.

По аудитории поплыл запах… палёного. А потом мой рюкзак взмыл до потолка, из нутра сумки как из сопла разверзлась струйка пламени, словно от маленькой ракеты. И этот «космический корабль», сыпля на моих сокурсников искрами, пошел на сближение с люстрой.

– А-а-а! – студенты бросились врассыпную и в стороны от пожароопасного рюкзака.

Месье Ульрик перестал вещать и молча разевал рот, наблюдая необычное явление.

– А-а-а! Проклятие! Порча! – это взбесившийся рюкзак, кажется, всё-таки подпалил кому-то шевелюру.

– Что. Здесь. Происходит? – раздался грозный рык, который я не перепутаю ни с каким другим на свете.

– Мама! – взвизгнул рюкзак, обнаружив своего несостоявшегося убийцу.

А далее произошло совсем уж несусветное. Раздувая лямки и коптя потолок струёй пламени раза в полтора больше самого дракошки, моя сумка понеслась к окну.