Кристальная душа

Любил ли граф Эдгара? Нет, он не любил своего младшего сына, но вот только чем эта его неприязнь была вызвана, он старательно пытался не вспоминать.

Правда крылась в том, что сын не был ему родным. В действительности, то был сын его жены, но не его сын. Мальчику едва исполнилось два года, когда графиня Хеммер рассказала своему мужу не самую приятную правду. В попытках разыскать виноватого граф серьёзно заболел, и потому сейчас, будучи не в самом престарелом возрасте, задумывался о наследниках, хотя и понимал, что такие мысли абсурдны и бесполезны.

Долгие недели провёл тогда граф в поисках виновника происшествия. То оказался канцлер соседнего королевства, а посему найти его было очень сложно; вечно в разъездах, он был неуловим, хотя, по правде говоря, граф Кроу не знал, что сделал бы со своим неприятелем, больше того — врагом. Погубить он бы его вряд ли смог — слишком важная персона, а призвать к ответу тоже не представлялось реальным, ведь не пойман — не вор.

Да и кто граф такой, чтобы в чём-то обвинять самого канцлера? Он — негласная глава города, но не Госпожа всея Мира, до этого ему было далеко, как до Алмазно-молочных гор, что по ночам виднелись в небе. Легенды гласят, что когда-то люди жили там, в горах, но сейчас нет ни единой вещи, способны доказать это: ещё никто не добирался до Алмазно-молочных гор, а если кто-то и добирался, то обратно он не вернулся. Граф Кроу с обидчиком так ничего и не сделал, вымещая всю свою сокрытую злость на Эдгаре.

— Знаешь, я не хочу его видеть, — решительно ответил граф своему слуге. При этом он позволил себе такой пренебрежительный жест, как закидывание ноги на подлокотник кресла. Граф пытался делать вид, что ему всё равно, но внутри него всё горело от злости: сын вернулся! У Кроу не было не малейшего сомнения, что Эдгар действительно вернулся, но как ему хотелось надеяться на обратное. В таком случае он мог бы завещать всё своё состояние не бестолковому сыну, а любимой дочке.

Слуга был странно обеспокоен решением графа не впускать родного сына в дом, однако вида не подал. Он лишь ещё раз поклонился и вышел из комнаты.

«Верный слуга, никогда не предаст, не то, что моя женушка!» — подумал граф, развалившись в кресле. Он чувствовал себя прекрасно: он был в себе уверен, он чувствовал себя сыто, он был богато одет и был всеми любим. Для счастья ему этого вполне хватало.

Вдруг в дверь кто-то постучал.