Цвет Меда

Глаза Маруси слипались, она с силами заставляла их смотреть на каждого из них. Зал пустел, а в двери то и дело вводили заключенных. Время шло, нет, время бежало. Маруся боялась, что судья решит не судить Макса, как полагается, так как он один и родственников у него нет его приговор могут зачитать в камере. Мурашки побежали по холодному изнеможденному телу Маруси. Люди расходились. Теперь она была сильно заметна на пустом пятачке. Народ с жалостью поглядывал на вдову, которая пришла на суд убийцы ее мужа вся деревня знала о ее горе и происшествии в ее доме.

От этой не законной жалости Марусе было еще хуже. Она хотела вскочить и прокричать всю правду, но что-то остановило ее. В этот момент дверь распахнулась, и в зал ввели Макса. Он был слаб и еле стоял на ногах. Охранники не церемонились с таким безродным как он. Один из охранников ударил его в спину с такой силой, что слабые ноги заключенного не выдержали, и он упал. Маруся вскочила. Но судья резким движением прервал ее попытку подбежать к любимому. А его глаза были наполнены строгости. Маруся присела назад.

– Заключенный прошу вас подняться и сесть на отведенное для вас место.

Он указательным пальцем показал на стул. Макс встал и оперевшись на периллу, которая огорождала зрителей от заключенных, сел на стул. Охрана больше не трогала его. Подняв свою голову Макс, увидел Марусю. Его нежные медовые глаза заблестели, а уголки губ растянулись в улыбке. Маруся не отрывала взгляд от него. В зале было тихо, в разных углах еще сидел народ, который пришел просто посмотреть церемонию наказания.

– Заключенный, вы в курсе, в чем вас обвиняют? – спросил судья.

– Да ваша честь – не отрывая взгляда от любимой ответил Макс.

– Значит вы – судья сделал паузу – подтверждаете, что убили Яна Антоновича?

–Да громко и четко ответил Макс.

– Нет, истошный крик раздался с задних рядов. Маруся вскочила с места и ждала реакцию судьи.

Макс напрягся и тоже встал.

– Уважаемый судья я убил Яна из ревности. – Макс повернулся к судье – а Мария Александровна просто не в себе от горя.

И в виду того, что у нее очень доброе сердце она хочет защитить меня, не понимая, чем это ей грозит.

– Сядьте! заключенный! – судья прикрикнул. – А вы, – он обратился к Марусе, – тоже сядьте и, если до конца заседания я услышу, хоть слово, охрана выведет вас из зала.

Маруся села и заплакала. Ее сердце рвалось из груди, а душа расставалась с телом.

– И так, продолжим, – в связи с тем, что вы подтверждаете свое преступление...