Капкан

Ещё несколько мгновений ступора и конь ожил, сделал едва заметный, нерешительный шаг в сторону незнакомки, потом ещё, пока не оказался прямо напротив девушки. Только сейчас она вернулась в эту комнату, медленно переведя взор с потолка на коника. Пустота и боль в глазах в глазах девушкм сменились удивлением, испугом... Так они и смотрели друг на друга... молча, не дыша и не шевелясь. Первой не выдержала девушка, едва она моргнула, по бледным щекам тут же потекли слёзы. Одна за другой они падали с ресниц и стремительно бежали по лицу, добегая до подбородка ,на миг замирали, а затем срывались и падали вниз.

Рука неизвестной неуверенно поднялась, пальцы дрожали то ли от холода, то ли волнения, словно она боялась того, что делает. Всхлипнув, когда её ладонь замерла у белого пятна на чёрной морде взволнованного жеребца, попыталась отстраниться обратно, но Черныш сам потянулся носом к девичьей руке. Всего мгновенье и она осторожно гладила его по блестящей гриве, зарываясь в неё пальцами и рыдая в голос.

Хрупкая ладонь Златовласки путешествовала от холки до мокрого носа жеребца и, проронив слезу на этот наглый нос, на выдохе, она еле слышно произнесла, — Добрыня!

А затем припала к коню, принялась обнимать его и целовать, словно не конь это был, а самый дорогой и любимый человек на всём свете. Все вокруг замерли в недоумении, и я тоже. От шока совсем забыла о своих страхах, пытаясь осознать, что происходит. Странный, тугой ком слёз и боли собирался в груди, глядя на эту картину.

Черныш по-прежнему молчал, лишь закрыл глаза, словно тоже прижимался к девушке в попытке обнять. Но когда она вдруг отстранилась от него, после сотого поцелуя в нос, чтобы взглянуть в глаза, жеребец засиял, и этот свет, окутав всю небольшую комнату, поглотил коня. Свет проникал в каждый уголок просторного зала, ослепляя присутствующих. Когда он подобрался ко мне совсем близко, я неосознанно отступила, но он всё равно меня настиг, обволакивая тёплом и какой-то детской радостью.

А когда свет рассеялся, то перед присутствующими, вместо Черныша возник высокий, широкоплечий, беловолосый богатырь, с такими же ясными, голубыми глазами, как и у девушки.

Она рядом с ним казалась совсем маленькой девочкой. Такая хрупкая, ранимая. Смотрела на богатыря снизу вверх и продолжала беззвучно плакать, не в силах унять, то, что рвалось наружу.

— Настенька, — прошептал мужчина и потянулся к девушке.