Проклятье или Дар

Мама только и думает о стихах и правилах. Осталась ты, — девочка тяжело выдохнула, когда смогла найти равновесие и передохнуть на одной из ступенек.

Я всмотрелась в пухлые щечки будущей наложницы принца и увидела за ними тоненькие черты красавицы. Ее личико вытянется, ресницы очертят глаза, а губы будут алыми. Она станет прекрасной женщиной, матерью наследника. Она будет жить как привыкла, а за ее спиной дворяне - твари размотают свой клубок поганых интриг и оплетут мою маленькую сестренку путами лжи и лицемерия.

В душе все загорелось огнем.

— Тая? — сестра удивленно посмотрела на меня.

По моим щекам непрошенные слезы стали застилать взор, а дыхание стало редким и свистящим. Сердце забилось в болевых приступах и опаляло всю левую сторону груди, а левая рука онемела.

Тело стало слабым, а ватные ноги подогнулись.

Я успела заметить, что я полетела вниз, а Тана вцепилась в меня своими маленькими ручонками.

Когда я очнулась, за окном детской была темнота.

Быстро пробежав по родной малышке своим необузданным даром, я смогла выправить пару ребер, отпустив ее легкое, и залечила трещину в ноге.

Теперь девочка спокойно отдыхала в омуте своих сноведений.

С моим телом все было впорядке. Оно неубиваемо. Мне иногда кажется, что если бы меня Атис проткнул своим клинком, то я бы выжила. С дыркой в сердце или голове я могла жить, наверное. Но мое сердце и душа бились в предсмертной агонии постоянно.

Я невесело улыбнулась. Проклятый дар.

Дверь детской открылась, пропуская внутрь трясущуюся от слез няню.

Лата сразу заметила меня. Будто я ее взглядом "окликнула".

— Тая, — женщина всхлипнула и кинулась на меня, будто ища поддержки и сострадания. — Маленькая госпожа, — она взглянула через мое плечо на Тану и еще громче зарыдала.

— С нами все хорошо, — я не стала уточнять откуда я это знаю. — Хватит биться в истерике. Слезы - это пустая трата времени.

Лата дернулась от меня прочь и замерла с широко открытыми глазами. Кажется, она даже дышать перестала и смотрит на меня, будто впервые увидела.

Я перегнула, когда осадила женщину?

— Я рада, что ты перестала плакать, Лата, — я смягчила тон своего голоса и выдавила на лицо улыбку. — Слезы - это пустое и ненужное дело.

Я говорила так, чтобы мой голос успокаивал. Кажется, у меня почти получилось.

Тана сонно замычала и закопалась с головой под теплое одеяло.