Илартания. В объятиях сна

— Но как же энар Вагнер?

— Не поверите, — заговорщицким шёпотом поделилась триа Рендом, — он, как и энар Ренделл практически не болеют. А то, что зарабатывают на тренировках, прекрасно лечат восстановительными капсулами. Я уже молчу о том, что банальную простуду они запивают двухсотлетним виски...

Представив как эти двое раз за разом ускользают от лечения, я не удержалась от смешка.

— Вы рассказываете невероятные вещи.

— Что с меня взять, — пожала она плечами, — я знаю энара Вагнера очень давно и могу говорить о нём всё что захочу.

— Снова раскрываешь мои тайны, Эверли? — спросил президент, входя.

Я вздрогнула, услышав его голос, но спокойный вид триа Рендом уверил, что ей позволена такая откровенность.

— Что вы, господин президент, — триа Трендом встала, повернувшись к нему, — все ваши тайны остаются при вас. Разве будет кто-то прислушиваться к болтовне старой триа?

— Ты на себя наговариваешь, — с улыбкой ответил он.

— Не скажите, энар Вагнер, всё-таки сто восемьдесят лет дают о себе знать.

— Никогда бы не подумала, — изумилась я, — вы великолепно выглядите, триа Рендом.

— Спасибо, это всегда приятно слышать, — улыбнулась она и засобиралась. — Я так понимаю больше в моих услугах нет необходимости. Всего вам хорошего, триа Майерин, энар Вагнер.

Проходя мимо Воланда, она тепло пожала ему руку и вышла из комнаты.

— Вы давно знаете триа Рендом? — я не удержалась, их отношения даже с налётом официоза оказались невероятно близкими.

— Она многое для меня сделала, — Воланд занял место на стуле. — Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, неплохо.

Тишина, которая воцарилась после этого, не напрягала ни его, ни меня. Не знаю о чём думал Воланд, рассматривая меня, но лично мне хотелось многое спросить. Жаль только, что он вряд ли ответит.

— Чем я обязана высочайшему визиту?

— Ты злишься, — с насмешкой в тёмных глазах констатировал он и пересел на край кровати.

— Тебе показалось, — наигранно улыбнулась я.

— Не думаю, — протянул Воланд, не отрывая от меня внимательного взгляда, — но то, что ты перестала выкать, не может не радовать.

С трудом подавила безотчетное желание сделать ему назло.

— Когда я смогу вернуться домой?— не то чтобы я сильно соскучилась, но хотелось знать хотя бы примерные сроки.

— Мне стоило бы обидеться, — создавалось ощущение что сегодня ему невозможно испортить настроение. — Я был уверен, что тебе создали все условия для комфортного проживания.