Илартания. В объятиях сна

— Это был один из послов Армарии, — вздохнул он, — а вот те, кого ты видела… Один из них — действующий председатель Совета семи Кристоф Вален, — новость обрушилась как гром среди ясного неба, мешая понять чем я могла ему помешать, а Воланд продолжил: — А вот на похоронах второго я лично присутствовал пятнадцать лет назад, — вдёрнув бровь я с недоверием смотрела на него.

— Ты шутишь? — Воланд молча смотрел в ответ, не делая даже попыток улыбнуться. — Ты хорошо его знал?

— Кирилл Ирм был моим другом, Триш.

— Ты в этом уверен?

— Как в самом себе, — мрачно отозвался Воланд. — Я своими глазами видел ту запись и узнал обоих, а то, о чём они говорили... Вален вместе с Киром организовал нападение на Эркахалон. и сейчас мы ищем доказательства того, что все эти годы Вален их спонсировал.

— Но... что будет дальше? — Совет семи самое влиятельное сообщество в мире, практически боги и то, что председатель Вален оказался способен на такое просто не укладывалось в голове.

— Ничего хорошего, — вздохнул Воланд. — После того как мы найдём нужные документы, Валену будет предъявлено обвинение и состоится суд, но к тому времени все участники Совета, как правило уже знают, чем он закончится. Судебный процесс, по сути, формальность, — он немного помолчал. — После объединения материков это второй подобный случай.

Я слабо представляла чем это грозит простым гражданам, понимала лишь, что кого-то из президентов должны выбрать новым председателем, и для меня на этот пост была лишь одна кандидатура.

— Илартании грозят досрочные выборы? — не отрывая взгляда от ковра, спросила я, чувствуя, как замерло сердце. Мне казалось нет худшего расклада чем президент — студентка, но председатель Совета семи и студентка было вообще чем-то за гранью.

— Ну, уж нет, — со смешком Воланд потянул меня за руку, заставив подняться и встать между его колен, — в Совете прекрасно знают что мне и этих обязанностей хватает по горло.

— Как хорошо, что не придётся ждать полгода, пока выберут нового президента! — ненатурально обрадовалась я.

— Это всё, что тебя волнует? — рассмеялся он, притягивая меня ближе.

— К сожалению, нет.