Проклят тобою

Меня передёргивает.

— Та Илона…— говорю медленно, но постепенно распаляясь, и указываю рукой куда-то себе за спину, — она ведь была вашей дочерью. Неужели вам ни капли не жаль её? Бедная девочка всю жизнь просидела в башне. Потом — пшик и исчезла! Врагу не пожелаешь! А вы так спокойно об этом говорите.

Королева кривит свои красивые губы:

— К счастью, мне чужда сентиментальность и эмоциональность. А вот вам следовало бы быть сдержаннее и лучше контролировать эмоции. Потому что я сейчас хочу говорить с вами, как с умной деловой женщиной.

Пытаюсь взять себя в руки, кусаю губы, киваю, мну подол роскошного платья. Кое-как успокаиваюсь. Хотя перед глазами нет-нет да всплывает видение девушки, исчезающей в зелёной вспышке.

— Да, я такая. Вы абсолютно правы. И отлично понимаю, что нам обеим ни к чему вражда.

— Вот и хорошо. Потому что таким, как вы, опасно злиться.

— Таким, как я?

— Да, залётным.

Хорошо, хоть не понаехавшим, с горькой иронией думаю я.

Королева трактует мой короткий смешок по-своему:

— Ничего смешного! Последняя залётная превратилась с Чёрную Злобу и чуть не сгубила всю Сказочную Страну.

— А это потому, — огрызаюсь я, — что нас, залётных, лучше не злить.

Теперь хмыкает королева.

— Не сравнивайте себя с ней. Чёрная Злоба и в своём мире была могущественной ведьмой. А вы — обычная девчонка. Без способностей. Поэтому да, вам лучше не враждовать со мной. Ведь на моей стороне не только армия, но и лучшие маги королевства, которые очень быстро приручают строптивых, превращая их во что-нибудь зелёное и прыгучее.

В конце этой тирады королева почти нежно улыбается, встаёт, ласково берёт меня за подбородок:

— Поэтому, вам лучше пойти сейчас и выбрать себе мужа. Поверьте, у меня не было такой возможности.

Она отпускает моё лицо, несколько мгновений пристально смотрит в глаза, а потом — идёт к двери.

И, уже взявшись за ручку, она, не поворачиваясь ко мне, произносит:

— Советую вам присмотреться к герцогу Ноэльскому. Герцогство у него небольшое, но процветающее.

Это можно расценить почти как доброту и дружелюбие. Я даже благодарна королеве за такое напутствие. Но прежде, чем успеваю открыть рот для благодарностей, она возвращается к своему обычному состоянию заносчивой стервы.

— И не стройте из себя жертву, — фыркает она. — Те мужчины, ваши женихи, не знают о том, что вы похорошели. Но каждый из них готов пойти даже на союз с уродиной во благо своего королевства.