Рождественский подарок зверю

- Проходите, присаживайтесь. - Суетилась вокруг них старушка.

- Бабушка, познакомься, это Дум, он...

- Я знаю кто он, и чей он сын. - Сощурив глаза, перебила она Кетти. - И то, что ты уйдешь с ним, я тоже знаю.

- Чей сын? Что ты имеешь в виду? - Кетти переводила взгляд с Дума на бабушку.

- Моя мать Саннита, богиня льдов. - Ответил ей дакран.

- Сын? У Повелительницы есть сын? - Кетти во все глаза смотрела на Дума, не веря в услышанное. - Но как такое возможно?

- Тебе объяснить, как делаются дети? - Хмыкнул Дум.

- Я не об этом. - Смущенно покраснела девушка, от чего сердце дакрана дрогнуло, и ему отчаянно захотелось обнять ее. - Богиням запрещено иметь детей.

- Что??? - Прорычал Дум, услышав ее ответ.

- Тише, успокой своего зверя. - Похлопала Дума по плечу бабушка Кетти. - Деточка, негоже раскрывать семейные тайны, если тебя об этом не просили. - Сердито заметила она Кетти.

- Прости, я не знала.

- Ну, все, хватит. Давайте ужинать. - Улыбнулась бабушка, ставя перед Думом большую тарелку похлебки.

Повелительница лежала в объятьях Растора, наблюдая за огнем в камине.

- Я всегда удивлялся, как богине льдов может нравиться огонь. - Поцеловал ее в висок глава клана лайманов.

- Он успокаивает меня.

- Снежинка, он любит тебя, просто сущность дакрана сильнее.

- Не утешай меня, Растор, Дум ненавидит меня. Его зверь победил лишь по моей вине.

- Ты послала ему девушку, кто знает, может она сможет помочь нашему сыну.

- Я верю в эту маленькую артиду, она растопит сердце нашего мальчика.

- Улыбнулась Саннита.

Дум нес на руках Кетти, и котомку с ее вещами. Ему понравилась ее бабушка, от которой веяло мудростью и любовью к своей внучке. Она не страшилась его зверя, приняв Дума, словно он был простым человеком, а не опасным монстром-убийцей.

С тех пор, как Кетти узнала, кем он является, она не проронила ни слово, а он же в свою очередь, думал о том, что был 'запретным' ребенком.

К тому времени, когда они добрались до дома, Кетти уснула, прижавшись щекой к его груди.

Ее горячее дыхание будоражило его кровь, пробуждая звериные инстинкты. Дакран требовал взять ее, сделать своей, и в то же время, он сдавался под натиском человеческий чувств, неожиданно накативших на Дума. Он понял, что эта девочка нужна ему больше чем кто бы то ни был. Ее глаза согревали его, а голос успокаивал зверя, от чего тот мурлыкал, словно котенок под ласковой рукой хозяйки.