Шарэттэ

Он больше ничего не добавил, откинулся в кресле и закрыл глаза, словно, забывая обо мне, как о сущем пустяке, недоразумении, букашке на лацкане его безупречного пиджака.

Павлин – красивый, величественный, притягательный, но лишь внешне, а как откроет рот, сразу возникает желание закрыть не только уши, но и глаза, и вообще лучше отойти как можно дальше. И как я могла повестись на него при первоначальном знакомстве! Не спорю, сексуального магнетизма и животной самцовой брутальности в нем «по самую крышку», однако, насколько же он озлоблен, холоден и равнодушен.

Я с трудом представляла даже саму вероятность, что этому недодемону возможно объяснить факт существования любви, нежности, добра и человеколюбия, не говоря о том, чтобы заставить распознать и укоренить в себе определенные чувства.

Последовав поданному примеру, я прикрыла веки и теснее придвинулась к спинке автомобильного сиденья. Мерное покачивание создавало обманчивое ощущение покоя, но я не позволяла себе обмануться.

Напряжение, натянувшееся звонкой струной, тонко – буквально на ультразвуке – пело между нами. Надеюсь, Шран скоро найдет меня и вызволит из загребущих наглых рук своего Шона, не испугается немилости власть держащего.

Вместе с тем, спустя непродолжительное время (согласно моим внутренним часам не более часа) я всё еще состояла в невольницах у Артеша. Оставив негостеприимное нутро движущегося металлического монстра, мы выдвинулись к расположенному на окраине центральной застройки Шибаяну неприметному низкорослому домику, прикрытому от палящих лучей Шэтта множеством дикорастущих лиан.

Мужчина быстро и резко продвигался к указанному помещению, удерживая меня за локоть и не давая мне вырваться и убежать.

Перед тем, как утонуть в темном и прохладном воздухе, царившем за дверью строения, я обернулась назад с надеждой, что там уже во всеоружии мчится мой сильный и смелый демон, но чуда не произошло. Глупо, он, скорее всего, пока и не знает об исчезновении одной непредусмотрительной барышни, зазевавшейся на «безопасных» улицах его родного города.

- Постой и не мешай мне, - прикрыв за нами дверь, сообщил Артеш.

Попали мы в «перемещательную станцию», а, следовательно, на Шибаяну вряд ли останемся. Неуловимые манипуляции, вдох-выдох, и мы поспешили на выход, где меня ждало неизвестное и пугающее будущее, благо, что близкое – мучиться от незнания недолго.