Шарэттэ

Тщательный осмотр и поиск в нем потенциального недовольства, неприятия, мстительных планов завезти меня куда-нибудь в безлюдное место и прикопать результата не дали.

- Не смотри так, я предупреждал, что нам нужно поговорить, - всё также следя за заоконной кинолентой, произнес Артеш.

- В кабинете, на работе, но не таким образом, - на выдохе процедила я.

О, как он меня бесил в эту минуту: надменный, самоуверенный, самовлюбленный нахал! Я на секунду позволила себе выпасть из реальности, представляя как самозабвенно душУ его, лишая налета невозмутимости и безукоризненности, кои, однозначно, он каждое утро набрасывает на свое царственное тело.

Нет, поверьте, по жизни я настоящий пацифист и не склонна к жестоким поступкам, но в своих фантазиях можно и нужно проделывать самые неординарные выходки, чем я сейчас и занималась, успокаиваясь и сосредотачиваясь от полученного, хотя бы мысленно, удовольствия.

- Я не говорил, что беседа будет проходить в кабинете, - насмешливо сказал высший недодемон, разворачиваясь ко мне лицом.

- Но и речи про похищение там тоже не было!

- Я не похищал, мы направляемся туда, где и произойдет намеченная встреча, - спокойно уточнил Шон. Окончательно потеряв интерес к окружающему пространству, сконцентрировав всё свое внимание на мне, Артеш демонстративно сложил руки на груди, всем своим видом выражая: «ну, давай, возрази!». По-видимому, пикировка ему нравилась, и он ею желал скрасить свой досуг во время запланированной поездки.

Ага, жди!

Сжав кулаки до такой степени, что почувствовала все восемь лунных полукружий, отпечатавшихся на ладонях под давлением ногтей, отвела взгляд от бессердечного циника, с которым меня свела судьба.

Я находилась в заранее проигрышной ситуации, обладая разными весовыми категориями с означенным, по сути, Богом в мире Шарэттэ, как в прямом смысле слова, так и с точки зрения статуса, влияния, возможностей и имевшихся знаний о планете, ее законах и обычаях.

Может, Шон здесь вправе совершать абсолютно любые действия, и никто ему не указ?

- Не фырчи, я не причиню тебе вреда, - в некоторой мере примирительно уведомил Артеш, - мне требуется выяснить кое-что и без тебя, как оказалось, не получится. Сделаешь, что просят, и будешь свободна.

- А, если я не смогу этого сделать, если оно изначально невыполнимо?

- Постараешься и сделаешь, - с нажимом припечатал мужчина.