Артефаки. Часть 2

В смысле, не моя, а просто профессия.

Линда растянула тонкие губы в понимающей улыбке.

— А, всё ясно. Хочешь вывести ребёнка на прогулку.

— Именно.

— И сама бы ты на эту конференцию не пошла.

— Ни за что.

— Даже ради своего красавчика босса.

— В особенности ради него.

— Ладно. — Она окатила меня надменно-оценивающим взглядом, её выпуклые глаза едва не выпали из глазниц. — Приходи вечером. Обсудим условия.

— Как скажете, — излишне по-детски буркнула я.

— Деточка, — нагнал меня голос Линды уже у выхода, заставив обернуться, — прежде чем мальчика выгуливать, надо бы разрешение на это взять.

Я едва не хлопнула себя по лбу. Чёрт! И почему я сразу об этом не подумала, может, нас и не выпустят вовсе?

И чего эта Линда так на меня смотрит? Я действительно только ради Дилана иду на конференцию!

Кабинет Мистера Мечты пустовал — так мне показалось при первых секундах, когда его дверь появилась в поле зрения. Но стоило подойти ближе, и почудилось, что там шевелятся человеческие тени.

Ради приличия я постучала, дёрнула за ручку (тут не было автоматической системы), но дверь не поддалась.

— Эрин? Это ты заходила?

Я быстро обернулась. Молоденькая медсестра, впопыхах поправляя причёску, выскользнула из кабинета заведующего хирургическим отделением. Не поднимая взгляда, девушка посеменила по плиточному полу.

Как ни в чём не бывало, доктор Дэппер впустил меня к себе.

— Садись, — благосклонно указал он на стул.

— Спасибо, я постою, — брезгливо поморщилась.

Мужчина вопросительно выгнул бровь.

— Почему?

— Откуда мне знать, чем на нём занимались.

На меня посмотрели с насмешкой. Такой взгляд я обычно получаю, когда случайно говорю что-то дерзкое человеку много старше, и в ответ мне как бы намекают, что всё это — пока ещё глупость подросткового возраста, и я слишком молода, чтобы понять, но вот будет мне столько же лет, и я буду вести себя так же.

— Эрин, ты можешь не волноваться. На этом стуле сидело много пациентов, их родственников, работников этой больницы, моих коллег. Стул не опасен.

Выговор был произнесён с таким садистски-безэмоциональным лицом, что я почувствовала себя нашкодившим ребёнком.

Аккуратно присела.

— Как рука?

— Как рука. — И не соврала даже.

— Дай-ка посмотреть.

Он подошёл ближе, но я отклонилась. Мужчина замер.

— Вы свои-то руки мыли? — Отвращение скрыть не получилось.