Артефаки. Часть 2

Верёвка, исчерпав последние силы, с треском (его не было слышно, но воображение любезно достроило недостающий фрагмент) порвалась, мальчик даже не вскрикнул — просто мешком полетел вниз.

У Эвана было меньше пяти секунд на принятие решения.

Винтообразная лестница с широкими прямоугольными пролётами позволила ему отскочить назад, стартануть при минимальном расстоянии до перил, буквально в два широких прыжка вскочить на них, оттолкнуться и врезаться в летящего вниз мальчика.

Эвану некогда было рассуждать — это же так опасно! Ты мог промахнуться! Вы ведь могли не долететь! Ты посмотри, какое тут расстояние! Ты не умеешь летать! А если бы не допрыгнул?! А если бы не поймал ребёнка?! А если бы.

.!

Он просто сделал.

В универе ему довелось поассистировать на кесаревом в качестве практики по общей хирургии; состояние было похожее — никаких лишних мыслей в голове, только сухой расчёт — скальпель сюда, разрез такой-то длины, ещё один, не переборщить, помнить, что человеческую кожу хрен разрежешь, давить вот с такой силой, контролироваться кровотечение, достать ребёнка, пуповина, послед… а осознание, что у тебя на руках младенец — это уже потом.

Ты подарил жизнь — потом. Ты совершил чудо, на которое медицина прошлых веков была не способна — потом.

Эван ощутил острое чувство ностальгии.

Даже руки, удерживающие пойманного в полёте мальчика, тряслись так же.

Пожарных лестниц было несколько, по одной рядом с каждой дорожкой окон, уносящихся ввысь.

Эван не надеялся, что допрыгнет — расстояние с парочку десятков метров, — но случилось, наверное, чудо. Они с ребёнком упали на железную лестничную площадку, прочертили собой, вернее, Эваном (он старался заслонить мальчика), невидимую борозду, впечатались головой в высокие перила, заставив те резонировать.

Самое ужасное, Эван всё это время был в сознании и видел каждую точку в вертящемся перед глазами мире, пережил такую гамму эмоций, что пришлось даже взглянуть на штаны — не мокрые ли.

Нет.

Пережили.

Выжили.

Потратив несколько секунд на то, чтобы прийти в себя, мужчина перевернулся на бок, положил мальчика рядом. Во-первых, с удивлением обнаружил, что это не мальчик, а девочка, просто с ёжиком коротких волос на голове. Во-вторых, понял, почему она не кричала, не звала на помощь. Ребёнок был без сознания. В-третьих, Эван с ужасом осознал, что не сможет ей помочь — ожоги покрывали 90 % тела.