Ни слова о ведьмах!

Я мысленно призвала на голову этого несносного блондина все проклятия. Откуда он знает?

- Какие чары у тебя не получились? – завершил он, словно не заметив, как я вся скривилась от этого вопроса.

- С чего ты решил, будто я использовала магию помимо бытовой?

Ух, как фальшиво получилось! Не ожидала, что мой голос может звучать настолько визгливо и противно.

Ингмар лениво изогнул бровь, продолжая изучать меня с ну очень нехорошим интересом.

- Я пыталась определить, о какой метке ты говорил, - пролепетала я, почти сразу сдавшись в этом молчаливом поединке взоров.

- Зачем?

- Просто. – Я виновато пожала плечами. – Было любопытно. Ранее я никогда не сталкивалась со следящими заклинаниями, которые внедряют прямо в ауру.

Как ни странно, но мое неуклюжее оправдание почему-то смягчило Ингмара. По крайней мере, его губы дрогнули в слабой улыбке.

- Эрика, в моем доме ты можешь, конечно, колдовать, - спокойно проговорил он. – Но до определенных пределов. В этом и заключается смысл защитного контура.

- Как понимаю, на тебя эти ограничения не распространяются, - прозорливо заметила я.

Ингмар едва заметно кивнул, подтверждая мои слова.

- К слову, твою магию я почувствую в любом случае, - проговорил он. – В доме или вне его стен. В том числе благодаря метке на ауре.

- Другими словами, я уже состою на учете в ведьминском надзоре, - расстроенно резюмировала я.

Конечно, я понимала, что мне все равно придется пройти процедуру регистрации, обязательную для всех ведьм и магов выше определенного уровня. Но… Сердце неприятно сжималось от каждой такой мысли.

Двадцать пять лет я жила без столь сомнительного «счастья». Привыкла чувствовать себя абсолютно свободным человеком. Даже ведьминскую метку свела ради того, чтобы не привлекать к себе особого внимания.

- Не хочешь вливаться в ряды законопослушных ведьм? – догадливо поинтересовался Ингмар. Тут же добавил: – Впрочем, пока можешь расслабиться. Моя метка отличается от метки ведьминского надзора.

- Чем же? – чуть приободрившись, спросила я.

- Она несет в себе гораздо больше ограничений.

Ингмар тихонько фыркнул от смеха, заметив, как я обиженно насупилась от его слов.