Черная метель

Ковентина вежливо улыбнулась, глядя прямо в глаза унтер-офицера. Его лицо медленно заливала краска, а шикарные усы зашевелились, как у огромного жука. Он медленно приложил два пальца к фуражке и с видимым усилием произнес, стараясь не глядеть в сторону девчонки:

— Бригадир Моран. Вынужден поинтересоваться у дам о цели их поездки. Сейчас неспокойные времена и даже с двумя сопровождающими путешествие вечером в пригород может быть весьма небезопасным.

Лин перестала смеяться. Видимо все, что она собиралась сделать, уже было сделано.

— Господин бригадир. Я секретарь госпожи ректор и сопровождаю ее в прогулке по городу. Не могли бы вы с вашими бравыми солдатами задержаться на несколько минут и объяснить дамам, что происходит.

Можно было только порадоваться уму и находчивости Ковентины. В этой фразе все было прекрасно: и громкая должность без конкретики и без имени его обладательницы, и намек на мужественность военных и женскую слабость обладательниц любых титулов.

И подействовало. Бригадир и солдат у его стремени подтянулись, выпрямили спины, рука кавалериста легла на рукоять сабли, и теперь он не отрывал взгляда от лица Тины. А она позволила себе улыбнуться самой невинной улыбкой и в ожидании ответа состроила необыкновенно заинтересованное выражение лица. Румянец осветил щеки блондинки, и усы в тот же миг придали всаднику выражение охотничьего пса, которого никак не хотят спустить с поводка.

— Война, мадам. Нам только объявили.

Глядя на готовую упасть челюсть второго солдата, придерживающего уздечку коня своего командира, Девана с трудом сдерживала смех.

— Секрет? Не может быть.

Ковентина захлопала ресницами и глубоко вздохнула. Солдат выпучил глаза, и даже его уши приобрели отчетливый красный цвет.

— Да, мадам, война.

До бригадира начал доходить комизм ситуации, и в отличие от своего подчиненного он понял, что разговор начал принимать не самый приятный оборот.

— Новая война? Господин офицер, хватит лепетать, говорите прямо. Мне, как ответственному лицу, вы можете сообщить любые новости, не раздумывая.

Судя по всему, Моран уже мысленно проклял неожиданную встречу и весь этот разговор и размышлял только о последствиях, которые могут наступить.