Свести с ума дракона

– Пожалуйста, Розалин, не бойся, – Филип сжал подлокотники кресла в пальцах. Это не те эмоции, которые он хотел, чтобы она испытывала рядом с ним. – Я не причиню тебе вреда. Я уйду.

Филип резко поднялся и направился прочь. Он не знал, как исправить то, что произошло. Никакая магия не могла обернуть время вспять. Все, что ему оставалось, это оставить ее и больше не попадаться на глаза. Чувствовать ее страх было хуже жизни в одиночестве, на которую он был обречен.

За спиной раздался глухой удар, и арфа нестройно зазвенела.

– Нет, стой!

Филип недоуменно обернулся, чтобы увидеть застывшую на середине шага Розалин с поднятой ему вслед ладонью. За ее спиной валялся упавший табурет. Розалин покачнулась на пятках, отступая назад, и спрятала руки за спину.

– Пожалуйста, не уходи, – тихо попросила она, избегая смотреть на него.

– Розалин, я не хочу, чтобы ты боялась, – так же тихо ответил Филип и отвернулся.

Сердце больно сжалось в груди, и казалось, кровь в венах застыла, превратившись в остывшую лаву.

Все, что ему оставалось теперь, это стереть ее память прежде, чем он вернет ее домой, когда герцог заплатит выкуп за свою дочь. К сожалению, свою собственную память он стереть не мог. Розалин станет очередной тенью в его бесконечно долгом одиноком существовании под горой, очередным доказательством того, что спасения от его проклятия не было.

– Я не боюсь, – вздохнула Розалин и опустилась в ближайшее кресло у камина. – Я не понимаю. Я хочу понять.

– Что? – Филип вынырнул из собственных мрачных мыслей и недоуменно посмотрел на нее, сжавшуюся на сидении и спрятавшую лицо в ладонях.

– Я хочу понять, почему ты дракон? Почему сейчас человек? Почему не сказал мне раньше?

– Я проклят, Розалин. Будет лучше, если я сейчас уйду.

– Кому лучше? – вскрикнула она и подняла на него раздраженный взгляд. Ее зрачки сжались от гнева, хотя в комнате было довольно темно, когда зажженные с вечера свечи догорели.

– Тебе.

– Мне станет лучше, когда ты объяснишь, что все это значит! – Розалин раздраженно вскочила из кресла и указала пальцем на соседнее, – Сядь и расскажи.

Или я не заслуживаю объяснений?

Филип отрицательно покачал головой и прошел к креслу, невольно улыбнувшись. Эта девушка постоянно заставала его врасплох. Он никогда не мог предугадать, что она скажет или сделает дальше. Даже сейчас на смену ее страху, пришел гнев, осев едкой горечью на языке. Интересно, какой будет ее следующая эмоция?

Розалин заметила его улыбку и недовольно насупила нос.