Ангел смерти и Ошибка Природы

Подумаешь, существо не от мира сего! Подумаешь, сверхъестественными возможностями наделен! Плевать ему было на законы физики с высокой горки.

Я подложила ему под затылок автомобильную гречневую подушку (она первой попалась под руку). Накрыла его одеялом (пришлось сбегать за ним на второй этаж). Села на корточки и прислушалась: дыхание ровное, признаков скорой кончины нет. Спрашивается, почему «всё кончено»?

Затекая в глаза и ноздри, чернота от печати медленно расползалась по его лицу.

Ох ты ж ёлки зеленые! Жнец что, сейчас пеплом рассыплется? Как неугодный? Как не выполнивший миссию?

Не знаю, зачем пристроилась рядом и прильнула к нему под одеялом.

Понятия не имею, что заставило меня опустить ладонь ему на лоб, где красовалась печать. Я же не колдунья, всего лишь слабая фея без способностей к целительству. Мне не излечить Ангела смерти.

Какая-то часть моего естества отчаянно не хотела, чтобы он исчезал, чтобы его уничтожили вот так, из-за одной глупой Ошибки Природы.

Этой частью определенно не был Кровавый Барон. Он по-прежнему испытывал к Жнецу лютую неприязнь. Для порядка побурчав в чертогах разума, что я мымра, коза и больная на голову, Барон замолк, выжидая. Что-то обязательно должно было произойти.

Глава 9. Чудовище большое и маленькое

«Он был чудовищем! Он чуть не сожрал тебя!» – вопил мой здравый смысл.

«Да какая разница! Его перевоплощения случаются всего раз в одиннадцать лет. Мелочи жизни», – упрямилась я.

Жнец не был человеком. И травмы у него требовали иного, не медицинского вмешательства. Моя рука легла ему на лоб, разглаживая напряженные складки меж бровей. Неимоверно бледный, холодный, не живой и не мёртвый, Жнец не возражал. Нападение невидимки вымотало его до предела.

Я почти не удивилась, когда ощутила утечку энергии сквозь пальцы. Отток сил не истощал меня, наоборот: он словно бы расчищал внутри пространство, выравнивал территорию, раскладывал по полочкам понятия и смыслы, устраняя нагромождения мыслей.

Я лежала в зоне убийственного очарования Ангела смерти. Касалась лица, смотрела на приоткрытые губы и слушала тихое дыхание того, кто, по сути своей, являлся антонимом жизни.

Мне давно не было так спокойно.

«Эй, Фея! Аллё! Приём! – засуетился Кровавый Барон, выводя меня из сладкой неги. – Ты вообще в курсе, что уже за полночь перевалило? Почему ты всё еще не летучая мышь?»

Я встрепенулась.