Ангел смерти и Ошибка Природы

Они страшно выли, лаяли и рычали, как обозленные цепные псы.

Аккомпанементом к этому безумию звучала музыка группы «Полуночный синдикат», которая мистическим образом продолжала играть, несмотря на отсутствие электричества.

Мои ноги приросли к полу. Хотелось заткнуть уши, зажмуриться, заблокировать все органы чувств.

До столика номер пять Жнец напитки не донёс.

Он вдруг изломился и рухнул на пол. Неведомой силой его опрокинуло на живот, с огромной скоростью протащило по настилу и швырнуло под барную стойку, что вызвало непредсказуемый всплеск хохота.

Хохотали смертные. Надо полагать, от переизбытка напряжения. Я не хотела верить в то, что их может развеселить чужая боль.

А Жнеца ломало. Гнуло, как плохо управляемую марионетку. Он корчился в муках посреди зала. А публика гоготала. Избранные думали, что им показывают постановочный номер, где замешана хореография и исключительный артистизм. Избранные были теми еще придурками.

Я бы вмазала им, не будь мои ступни прочно спаяны с полом.

А, стоп. Жнец уже это сделал.

Отныне они не получат у меня больше ни грамма волшебного порошка… Ох, тоже не выйдет. Тётушка Мира настаивала: спасаем всех. Даже самых черствых и бессердечных.

Я не могла двинуться с места, пока Жнеца не перестало мотать из стороны в сторону, пока нечто невидимое и крайне жестокое не выдохлось, отфутболив его последним яростным пинком в груду деревянных стульев, сложенных в углу про запас.

Мне удалось приблизиться к Ангелу смерти, лишь когда мстительная нездешняя сила убралась из кофейни восвояси.

Его стильную рубашку можно было смело пускать на тряпки. Проще новую купить, чем зашивать. Брюки тоже были непоправимо испорчены. В утиль, только в утиль.

Судя по излому бровей и обескровленным, плотно сжатым губам, Жнец горько страдал. Его профиль словно бы истончился, а посередине лба проступало странное черное пятно. Всё равно что печать с пометкой «не годен».

— Я получил своё наказание за то, что не забрал тебя во время трансформации. Отойди. Теперь всё кончено, — прохрипел он, с трудом разлепив веки.

— И не подумаю, — сказала я.

Предвидя, что попросят затащить наверх бездыханное тело, посетители дружно смотались, оставив на столах стаканчики с недопитым кофе и тарелки с недоеденными десертами.

Мне ничего не оставалось, кроме как разместить Жнеца за барной стойкой. Он оказался довольно тяжелым.