Ангел смерти и Ошибка Природы

Я знаю, как тебе помочь.

Дура доверчивая. Надела. Подошла. А он возьми и обними меня.

— Э-э-э! – Моё возражение прозвучало неубедительно. – У нас даже не свидание. Вы чего?

— Не дергайся, — умиротворенно сказал лесной дух, потершись щекой о моё ухо.

И в этот момент часы бойко пробили полночь. Я задержала дыхание и принялась судорожно подсчитывать секунды. Пять. Десять. Пятнадцать. Почему не вырастает шерсть? Где мои кожистые крылья, я спрашиваю?

А нету.

От Ноккави пьяняще пахло персиком и жасмином.

— Эм-м, мы так и будем стоять? – пискнула я и прокашлялась.

— У моего метода есть один большой недостаток, — пробрался мне в ухо бархатный, обволакивающий голос. – Он действует только до тех пор, пока я тебя обнимаю.

«Зачётный парень! — неожиданно вынес вердикт Кровавый Барон. – Если решишь выйти за него замуж, препятствовать не стану».

Глава 7. Таять запрещено

— Я следил за тобой долгие годы, — сообщил мне по секрету «зачетный парень». – Наблюдал, как ты растёшь, любовался твоей отчаянной смелостью.

Ноккави прижался ко мне еще теснее, отчего по телу разлился жар небывалой силы, словно в солнечном сплетении растопили гигантскую печь, и теперь по нервным окончаниям к каждой клеточке тянулись крохотные пульсары.

— Так те леса, которые появлялись рядом… Это ваших рук дело? – едва дыша, уточнила я.

— Один и тот же лес, — внёс поправку дух. – Я знал, что однажды, когда придет время, тропа приведет тебя ко мне. Ты, древесная фея, мой последний шанс.

Я попыталась вывернуться из его цепкой хватки.

— Не вырывайся, если не хочешь превратиться в летучую мышь, — шепнул он, перемещаясь к широкой двуспальной кровати и аккуратно укладываясь вместе со мной на лиловые шуршащие покрывала.

Судя по всему, на моем лице отразился неслабый шок. Ноккави мягко усмехнулся в сантиметре от моих губ.

— Не надо так пугаться. Тебе по-прежнему ничто не угрожает, я не причиню тебе вреда. Всю ночь провести на ногах – не думаешь, что это слишком? Нет, высшее существо вроде меня, конечно, легко выстоит до рассвета.

Да, я не высшее существо. Скромно стою посерединке. Но это не повод меня недооценивать.

На стенах по периметру комнаты приглушенно светили электрические фонарики, отлитые из оранжевого стекла в форме цветков календулы. Вместо ковров повсюду стелился мох. Окна были занавешены тяжелыми портьерами оливкового цвета. И казалось, будто за резным антикварным шифоньером украдкой стрекочет сверчок.