Ангел смерти и Ошибка Природы

Тогда, может, не сорвёшься в пропасть и всё обойдется.

Взгляд Жнеца леденил нервные окончания, замораживал кровь. Но было невозможно перестать смотреть.

«Забудь, выкинь из головы свою неправильную любовь. Вычеркни из памяти всё до последнего вдоха, до мимолетной, незначащей улыбки. И трепещи, фея. Потому что тебя целует сама смерть».

Ну да. По идее, поцелуй смерти должен был отформатировать мой мозг. Проще выражаясь, стереть воспоминания. Так в народе говорят. Хотя в народе много чего говорят. И это, как правило, не соответствует действительности.

Чтобы я – и забыла Жнеца? Да не бывать тому!

Одно могу утверждать наверняка: с ним было иначе, чем с Ноккави. Лесной дух пил меня, как сладкий хмельной напиток, и не мог утолить жажды. Ангел смерти – пытался защитить, и этим всё сказано.

«Фея бесстыжая! – вопил у меня в подсознании Кровавый Барон. – Да как так-то?! Я соглашался быть сводником только при условии, что ты упадешь в объятия к Ноккави, а не к этому гнусному типу!»

Барон кричал что-то про бунт на корабле, страшно негодовал, но мне было наплевать.

Поцелуй Ангела смерти из жёсткого и непримиримого делался мягким, уносящим за грань упоения. А потом в моей голове будто резко включили свет, генеральную уборку провели и в завершение воздушный шар надули. Шар, заполненный веселящим газом, от которого пробивает на смех.

Эй, а почему никто больше не возмущается происходящим? Барон, ты куда подевался?

– Необычное ощущение, – проговорил Ангел смерти, ослабляя давление пальцев на моих щеках.

– Это я должна спросить. Что ты сотворил со мной, маньяк несчастный?

Нас с ним согнуло практически синхронно. Мы словно по удару в живот получили. По мощному, отработанному удару.

Эдакий хук справа на двоих. От кого? От мироздания, конечно. Щедрости ему было не занимать. Казалось, так и цедит сквозь зубы: «Вот вам на сладкое, голубчики».

И без паузы интересуется: «Мало одного?»

Ну так получите следующий, напрочь вышибающий воздух из лёгких – «бесплатно, за счет заведения».

Что ж, да начнется мордобой! Эм-м, то есть, я хотела сказать: перерождение.

Глава 23. Пламя внутри меня

Огонь может стать добром и злом. Он может согревать. Он сжигает, если допустить оплошность. С огнем внутри себя надо обращаться с особенной осторожностью. Не позволять пожару вспыхнуть. Не дать себе сгореть.

Сложившись пополам и едва не взвыв, я не могла толком вдохнуть от боли.