Суровые будни невесты императора

Так что… разве ты можешь нарушить волю самого замдиректора?

– Конечно нет, – с пафосом ответила Сайлейн, ради такого случая поднимая вверх руку, словно собиралась произносить речь.

– Вот и отлично. Поможешь мне с домашним заданием.

– А разве ты успела его получить?

– А разве это причина откладывать? Незнание не освобождает от ответственности…

– Зато коллегия юристов, – мечтательно протянула Сайлейн и потупилась. – Молчу-молчу.

– Да нет, ты права. Но это же школа, и нужно сделать хотя бы видимость учебы.

– А зачем ты здесь? На самом деле?

– Я расскажу чуть позже, хорошо? Когда сама буду знать…

– Хорошо, – согласилась Сайлейн, забралась на кровать и хлопнула по покрывалу рядом, подзывая соседку. Та, ничуть не смущаясь, заняла предложенное место.

Сайлейн съехала по стеночке, расположив голову у вампирки на коленях, а та в свою очередь подтянула ближе подушку и оперлась на нее.

– О своем, о девичьем? – предложила она, дотрагиваясь до мягких темных волос оборотницы.

– Можно, – легко откликнулась Сайлейн, закрывая глаза и наслаждаясь тем, что Эргианна гладит ее волосы. Сестра редко так делала, и ей подобной ласки не хватало, особенно когда все окружающие баловали своих детей.

Медленно текли минуты, а тишину никто так и не нарушил. То ли говорить было не о чем, то ли просто не хотелось разрушать гармонию. Эргианна мерно гладила волосы младшей, а та улыбалась, пребывая в полудреме. Слова были не нужны, они и без них чувствовали себя пусть не родными, но близкими людьми.

Так быстро…

В дверь постучали, и Эргианна недовольно шикнула, стараясь не будить соседку. Сайлейн заворочалась, но сон брал свое. Эйфория схлынула, и теперь ей больше всего хотелось просто отдохнуть, а рядом с Эрги ей было еще и спокойно.

Медленно в комнату заглянул Грей, встретился с недовольным взглядом вампирки и, разведя руками, словно говоря «все понял, уже ухожу», скрылся в коридоре. Их следующий посетитель такой понятливостью не отличался.

Арнтен вошел тихо, но стремительно, не спрашивая разрешения, оккупировал стул, подхватил со столешницы чистый лист, книгу и карандаши. Эргианна вопросительно уставилась на нахала, но тот лишь усмехнулся и, закинув ногу на ногу, устроил книгу и лист так, чтобы иметь возможность и рисовать и посматривать на девушек.

Тяжело вздохнув, Вильгельм откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. В груди росла пустота, которую он ничем не мог заполнить.