Одно сновидение

– Разве я не могу подарить тебе надежду на то, что всё изменится? Что есть свет впереди и пускай крошечный, но шанс на победу?

– Здесь выбор между бесконечным одиночеством и искусством Ктуула во влиянии. Я отверг его. Но нужда вечного велика, и он может простить моё предательство ради бо́льшего. Но смогу ли я предать его снова, зная, что на кону?

Смутившись, отпустила его. Нет, не была я готова ответить на скрывающийся в словах незаданный вопрос. Как не была готова дать ложные обещания. В конце концов, с год назад я уже пообещала другому нечто иное, стоя у алтаря в белом платье.

И видят святые, моя любовь сейчас проходит через серьёзные испытания.

– Ты знаешь мой ответ, – отводя глаза, отвечаю ему. – Тебе придётся искать опору через другие вещи. Через иные сердца.

– Но я не хочу! – закричал он, моментально вскакивая и лодка закачалась под нами, а я чуть не вывалилась за борт, вовремя подхваченная его рукой и поднятая наверх, чтобы вновь оказаться лицом к лицу. – Я не могу сражаться за идеи, в которые больше не верю!

– Боюсь, у тебя нет выбора.

Ты король. Не какой-то там простой человечек, без прошлого и будущего, а Каргатский повелитель. Подумай, что делали твои предшественники. Осознай, что ты и королевство – их наследие. Как ты можешь отвернуться от своих людей из-за того, что я не… люблю тебя, – запнувшись на последних словах, я обхватила себя за плечи. Мне не хотелось признаваться, что больше не знаю, что на самом деле испытываю к королю.

Внезапно он наклонился вперёд, и я чуть не упала вновь, решив, что он собирается поцеловать меня, однако Ник лишь принюхивался, странно искривив брови, а потом недоумённо уставившись в мои глаза.

– Ты иначе пахнешь. Ты… будто что-то потеряла. Что-то очень важное.

Как он мог это почувствовать?!

– Не знаю, как это произошло. Слияния больше нет, – голос звучал прерывисто, а мне будто стыдно от того, что я утратила эту связь. – Видимо, смерть изменила меня. Ведь став шелки, я не потеряла Арта, но после удара в сердце… Во мне больше нет света, – голос дрогнул, и я всхлипнула.

– Я не знаю, что теперь делать.

Он обнял моё лицо и проговорил:

– Но, Сэлли, ты потеряла не только слияние. В тебе больше нет ариуса.

Подозрения, что наслаивались друг на друга отвратительными гроздьями, лопнули горькой истиной. Это правда. Я перестала быть носителем белой тьмы. И даже не знаю, какого цвета окажутся крылья, вздумай я изменить форму.

– Вот и всё. Не так ли? Теперь ты больше не будешь любить меня.