Вестники. Том 1

— Мы должны хотя бы попробовать, а не сидеть и гадать поможет или нет, — Али переводила растерянный взгляд с Эдвина на Пеймлию. На Даррелла она и смотреть не хотела.

Девушка никак не могла понять, что им стоило пойти и вместе попробовать подать помощь тому парню, чтобы импульса хватило для решительности сменить место жительства. Она понимала, что это серьезный шаг для любого человека, и, скорее всего, одиночных подсказок интуиции для него будет недостаточно.

— Мы же для этого здесь и есть. В этом мире.

Если бы людям не нужна была наша помощь, мы бы не существовали. Но мы нужны им. Мы живем долго, пользуемся благами этого мира из эпохи в эпоху, можем получать удовольствия, любые, самые изощренные. Все это дано. Нам лишь надо выполнять свое предназначение вестника, чтобы каждый человек чувствовал импульсы, «голос» интуиции и мог делать смелые шаги к своему счастью. К тому счастью, которое нам доступно без чьей-либо помощи, — Али закончила свою неожиданную речь и с надеждой посмотрела на каждого.

— Ты права, — вдруг сказал Эдвин. — Мы не ограничены в своем счастье слепыми пятнами судьбы и обязаны выполнять то, для чего были созданы. Я согласен сделать вместе импульс тому парню, — он поднял взгляд, и Али впервые увидела в нем решительность.

— Ну что ж, это будет даже интересно, — как всегда аккуратно дала свое согласие Пеймлия, и все посмотрели на Даррелла.

Он так и не обернулся. Все ждали его ответа, так как никто не хотел выкидывать друга за «борт», но они понимали, что его ответ, вероятно, будет отрицательным.

Пеймлия красноречиво посмотрела на Али.

Девушка и сама осознавала, что сейчас именно она должна была поговорить с Дарреллом.

— Ты вчера предлагал мне прогулку. Я согласна, — мягко сказала Али, зная, что Даррелл поймет к кому именно она обращается.

Он обернулся, посмотрел на нее и пошел к выходу из кухни. Али вышла следом, в поддержку получив ободряющие взгляды Эдвина и Пеймлии.

Они ушли достаточно далеко от дома, прежде чем Али решилась нарушить молчание.

— Ты же помог тогда Нейту, и я уверена, что смерть для него не была страшна, — сглотнув вдруг образовавшийся ком, сказала Али.

— Али, ты знаешь, как тяжело помогать людям, когда видишь их смерть, которая будет по их же собственной вине? — спросил Даррелл.

Этот вопрос не был философским. Али поняла, что он ждал от нее ответ.

— Нет, я не могу себе это представить, — сказала она смело, не желая сдаваться под таким аргументом.