Вестники. Том 1

— Али! — крикнула Пеймлия, подбегая к подруге.

Она думала, что Али плачет, но девушка просто глядела в никуда. Так она просидела, пока ее телефон не позвонил. После короткого разговора она наконец заплакала. Пеймлия хотела утешить ее, но Али покачала головой и отправилась к себе наверх.

Пеймлия и Даррелл, а также Эдвин вернулись в гостиную. Никто не говорил ни слова. В доме стояла давящая тишина. Возможно, поэтому они расслышали шаги на лестнице, но Али не пришла к ним, а вышла из дома.

— Иди за ней, — мягко сказала Пеймлия Дарреллу.

Он встал, но заколебался.

— Ты уверена, что сейчас это уместно?

— Ты вестник смерти. Уместнее некуда, — прямо ответила Пеймлия. — Ты поможешь ей больше, чем кто-либо из нас. Только выбирай слова. Ей не нужна сейчас твоя злость. Она сама будет злая, возможно, — неуверенно добавила Пеймлия.

И Даррелл, накинув легкую куртку, которую приготовил для непредвиденных обстоятельств, отправился за Али.

Глава 12. Бат

Али шла по улицам, которые уже становились для нее родными, но не замечала вокруг себя ничего.

Солнце давно село. Фонари, освещавшие тротуары и дороги, не могли разогнать ту черноту, которая виделась девушке во всем. Позади она услышала шаги, почему-то не сомневаясь в том, кому они будут принадлежать, и не стала поворачивать голову.

— Почему все так несправедливо? — Али даже не спрашивала, а вопрошала у того, кто ее догнал.

Даррелл очень хотел высказаться по поводу несправедливости этого мира, так как ему больше всех доставалось от судьбы и ее замашек.

Но он сдержался. Не ради скорбной ситуации. Подобных моментов у него каждый день с десяток штук насчитывалось. Он сдержался ради Али и ее личной скорби. Какой бы короткий роман не был у нее с Нейтом, он оставил в ее сердце след, а такое за мгновение ока не растворяется в небытие и не уходит бесследно. Особенно, когда жизнь обрывается так неожиданно.

— Мне очень жаль, — глухо ответил Даррелл то, что казалось самым правильным сейчас.

И ему действительно было жаль. Возможно, жизнь Нейта и была ему безразлична так же, как жизни всех, чьи смерти он видел, но не жизнь Али, которую это затронуло.

Девушка закивала, и из ее глаз полились слезы.

Даррелл только сейчас заметила, что она вышла из дома в том же топе и пиджаке. Девушка лишь сменила брюки на джинсы и надела удобные кеды. Но все равно она оставалась красивой. Скорбь тоже имела свою, темную красоту. Даррелл давно научился видеть привлекательность во всем, что окружало его. Иначе он не мог.