Прыжок в бездну

Она не была обычным человеком, это уж точно, но в то же время и была самой простой смертной. Её силу мне, возможно, еще предстоит понять. Все же люди иногда удивляют. И то, что её обучала Хранительница Границы, не могло пройти бесследно. Память вернется к ней, и я решу, чем она может быть полезна семье. А пока, пусть играют в свою любовь.

Пора было объяснить ей здешние правила, и узнать её поглубже. Я позвала Авриэля и сказала, чтобы он привел девчонку. С ней у нас намечался интересный разговор.

После того, как Серпина села в предложенное кресло и сложила руки на коленях, я вгляделась в неё.

Мне была не интересна её внешность. Оболочка вторична, а вот то, что внутри, для таких, как мы, имело наибольший вес. Я чувствовала волнение Авриэля за дверью, он не ушел далеко, но поставь я целью убить её, он бы не успел даже войти в комнату.

— Ты должно быть удивлена, что я пригласила тебя? — я посмотрела на неё в упор, и она ответила мне тем же. Любопытство в её глазах позабавило меня.

— Нет, — она качнула головой и задумчиво коснулась ниточки шрама на лице, выдавая свое волнение.

«Правильно волнуешься, детка. Кто бы там тебя не обучал, но ты не ровня мне. Не обольщайся на мой счёт. Малейший намек на опасность с твоей стороны и ты будешь лежать со сломанной шеей у моих ног».

— Так уж получилось, что ты знаешь, кто мы, — я смотрела, как она молча кивнула в ответ, и продолжила говорить. Но этот разговор всего лишь ширма для моих действий. Мы вполне могли бы посидеть и молча. Я легко проникла в её сознание.

Незаметно, исподволь.

Немного задела её прошлое, но там нет ничего, что заинтересовало бы меня. Прошлая жизнь тщательно изменена, воспоминания только общие. Детство, юность, семья, работа изначальны, а дальше все сглажено. Ровное белое пятно. Она помнит, что на этом месте была тюрьма и пытки, но не более. Эти воспоминания не терзают её. И даже знание о том, что там было нечто ужасное, не беспокоит, а принимается как данность. Чистая работа, я узнаю почерк. Я всегда восхищалась тем, как он умеет это делать, даже у меня бы так не получилось.

— Поскольку тебя выбрал Авриэль, ты теперь часть этой семьи, — я посмотрела, как она опять молча кивает, и вдруг решила немного позабавиться, выбить почву у неё из-под ног.

— Можешь называть меня матушкой, если хочешь, — её реакция удивляет, она выпрямляется, пытается пронзить меня взглядом.

— Нет, — говорит она тихо, но твердо. — Я не стану этого делать.

— Это твое право, — я разыграла притворное удивление.