Сердце ворона. Мир Ордэне-1

Маленькую, почти незаметную. Кажется, одна Лара и знала, что родинка все-таки есть. Но ей некогда было заниматься мелкими чертами – хотелось скорее увидеть полный образ, прорисовать глаза, чтобы понять. Понять, действительно ли она так похожа? Или это ее дикое воображение?

Но, отведя карандаш, Лара в этот раз совершенно точно признала – похожа. Безумно похожа. Для верности она даже спрыгнула с подоконника и подошла к зеркалу.

Когда-то давно, еще в детстве, ей казалось, что женщина – вторая женщина, та, что с жесткими грубыми пальцами, чье лицо заняло прочное место в памяти – и есть ее мать.

Что Лара сама во всем виновата: неуемным плачем вынудила маму превратиться в злобную фурию. С годами пришло понимание, что все куда сложнее. Нет, мама – это та, первая, с волдырями на руках и горячим шепотом. Та, чьего лица она никак не может вспомнить.

А вторая… Лара смотрела на себя в зеркало и, чем старше становилась, тем отчетливей понимала – она и есть фурия из собственного сна. Ни сегодня, так завтра окончательно сойдут припухшие Ларины щеки – последний признак «детскости», – и тогда она станет точной ее копией.

Это она заставляет маленькую девочку делать сложный не по годам выбор. Это она тащит ее в пропасть, полную огня.

Мысли эти и мистическая, невозможная схожесть наводили на Лару такой ужас, что у нее снова начали стучать зубы. Слава богу, вскорости заглянула Стаська, и пришлось отвлечься на дневные заботы.

— Лара Николаевна, проснулись уже? – затараторила девчонка сходу, втаскивая в комнату таз, полный воды.

– Одевайтесь скорее – Юлия Николаевна приехали, вас кличут!

— Уже приехала?.. Так скоро?!

Только теперь Лара и поняла, предвестником чего был сегодняшний ее кошмар. Вчера, как снег на голову, свалился Конни, а Лара выделила ему номер и платы за то не взяла. Достанется же ей теперь от мамы-Юли, у которой каждая копейка учтена, и которая стакана чаю постояльцам без платы не подаст, не то что выделит задарма комнату с обслугой и столом.

Но Лара была ко всему готова.

Конни ее лучший и единственный друг – она все снесет ради него!

Умывшись, одевшись, Лара отворила оконные рамы и, повторяя ежедневный ритуал, выглянула наружу, ловя кожей свежую утреннюю прохладу. Море бушевало, пуская по поверхности своей белых барашков, билось о берег и норовило вырваться.

А Лара тяжко вздохнула и отправилась «на ковер».

В тот миг она еще думала, что ругань матушки – это самое большое потрясение, которое ей предстоит сегодня вынести.